Въ сихъ то четырехъ точкахъ основныхъ заключалась вся наданная тогда конституція -- и правду сказавши: щобы лишь тіи основы конституціи по справедливости были розрѣшены и установлены, ничого таки больше для усчастливленья людей тутъ на свѣтѣ не было бы потреба.
Тожь коли ино первая вѣсть о наданью такои конституціи донеслася изъ Вѣдня до Львова, сейчасъ львовскіи русины, не зважаючи на противныи громкіи крики братіи поляковъ, цѣлый край нашъ русскій Польщею обголосившихъ, завязали у святого Юра такъ названу " Русскую Раду ", котора въ отвѣтъ на всѣ четыре точки конституціи заявила тутъ и установила: 1) Есьмо въ Галичинѣ народъ русскій, до 3 миліоны душь числящій, и желаемъ во вѣкъ вѣковъ быти и называтися русинами; 2) въ урядахъ, въ судахъ и въ школахъ нашого краю нехай буде для насъ языкъ русскій; 3) наши потребы дома и въ громадѣ суть якъ найскромнѣйши, въ церкви стародавныи, въ краю же и въ державѣ соотвѣтныи желанію и потребамъ нашихъ сожителей; 4) всякіи возможныи средства на наше образованье и на потребы краю и державы дамо до остатка всѣ по желанію нашого монарха.
Такъ рѣшила и установила тогда "Русская Рада" во Львовѣ, на челѣ которои станулъ великои поваги мужъ, суфраганъ или сопомочникъ старенького митрополита Левицкого, владыка Григорій Яхимовичъ, явившійся якъ-разъ вь ону пору найдостойнѣйшимъ наслѣдникомъ що-ино недавно помершого великого патріота Руси, епископа Снѣгурского.
За примѣромъ львовскои "Рады" позавязовались по всѣхъ большихъ мѣстахъ и мѣстечкахъ нашого краю подобныи "Русскіи Рады" и тіи всѣ рѣшали и установляли то само, що рѣшила львовская "Рада", которую затѣмъ они всѣ признали своею "матерію" и назвали "Головною Русскою Радою".
Такая дочерняя "Русская Рада" -- послѣ львовскои числомъ членовъ найбольшая -- устроилась также въ Перемышли, и тутъ то однимъ изъ найревнѣйшихъ членовъ еи былъ нашъ парохъ изъ Валявы, который помимо многорозличныхъ занятій въ своемъ селѣ, въ деканатѣ, въ консисторіи, всегда прилѣжно являлся на собраніяхъ перемышльскои "Рады", исполняя должность заступника-предсѣдателя и референта еи въ найважнѣйшихъ для русскои народности справахъ.
Нашъ " парохъ изъ Валявы ", который отъ онои поры подъ тымъ скромнымъ названіемъ сталъ уже по цѣлой Галичинѣ извѣстенъ, отличался въ теченью тогожь самого 1848 г. еще больше на такомъ поприщи, якое для природныхъ дарованій его и для пріобрѣтенныхъ нимъ науковыхъ знаній якъ найотповѣднѣйшимъ показалося:
Такіи бо ото были дальшіи Руси нашой дѣйствія:
Достигнувши посредствомъ "Русскихъ Радъ" признанія правъ своихъ народныхъ и политичныхъ, Русь наша Галицка увѣрилась уже тогда, що признанныи монархомъ хоть-бы найлучшіи такіи права супротивъ напастнои Польщи на долго не удержатся, если еи многочисленный народъ при темнотѣ своей не съумѣе права тіи понимати и отъ всякихъ нападовъ при каждой способности обороняти. Затѣмъ еще лѣтомъ 1848 г. наши "Рады Русскіи" всѣ единодушно згодились на то: устроити во Львовѣ, яко въ головномъ средоточномъ городѣ Галичины, товарищество ученыхъ для росширянья просвѣты въ русскомъ народѣ посредствомъ добрыхъ а дешевыхъ книжокъ русскихъ, которыи бы для всякои науки нашому люду служили и особливо его до зрозумѣнья и обороны правъ его народныхъ приводили.
Товаришество такое подъ названіемъ " Русская Матица " завязалося во Львовѣ еще въ мѣсяци липню того-же года, а первый загальный зъѣздъ или Соборъ ученыхъ русскихъ отбылся тутъ же въ три мѣсяцѣ потомъ, т. е. въ дняхъ отъ 19 до 26 октоврія. -- И славный же то былъ оный первый Соборъ ученыхъ нашихъ, отбывавшійся за оныхъ дней въ просторонныхъ саляхъ духовного сѣменища львовского, которыи -- числомъ около 150*)[*) Въ "Списѣ собравшихся ученыхъ" изъ дня 19 окт. 1848 г. записалося всѣхъ лише 99; но се далеко было неполное число зъѣхавшнхся тогда членовъ "Матицы", бо въ самыхъ ученыхъ комисіяхъ дѣйствовало еще о 13 больше членовъ такихъ, которыхъ имена въ помянутомъ Списѣ не находятся, якъ то на пр. имена ученыхъ: Стефана Семаша, Феодора Леонтовича, Юстина Желеховского, Іоанна Гушалевича и прч.; многіи же другіи члены Матицы зъѣздилися въ день-два-дни позднѣйше, та они имена свои въ Списѣ изъ первого дня зъѣзду вовсе не записали.] мужей поважныхъ отъ всѣхъ сторонъ Галичины -- то собирались на вспольныи загальныи нарады въ великой музеѣ, то совѣщалися въ отдѣльныхъ саляхъ сѣменища, исполняя труды свои въ 9 особныхъ выдѣлахъ или ученыхъ комисіяхъ. Много тутъ сказано и сдѣлано было на благо нашои Руси прекрасного и полезного, якъ о томъ подробно записано стоитъ въ дѣлѣ, напечатанномъ въ 1850 г. подъ заглавіемъ: "Историческій очеркъ основанія Галицко-русской Матицы" ученого Якова Ф. Головацкого.
Изъ того же историчного дѣла о первомъ Соборѣ ученыхъ членовъ "Русскои Матицы" мы достовѣрно довѣдуемся, що также нашъ о. Антонiй Добрянскій отъ начала до самого конця участвовалъ въ томъ знаменитомъ собраніи русиновъ; що онъ дѣйствовалъ тутъ въ четырехъ найважнѣйшихъ ученыхъ выдѣлахъ, именно въ выдѣлахъ: исторіи, училищъ, языка и словесности русскои; наконецъ що на послѣдномъ загальномъ засѣданіи Собора д. 26 октоврія, коли рѣшено устроити постоянныи Выдѣлы Матицы изъ 2 до 3 членовъ состоящіи, выбрано только его и львовского крылошанина Антонія Петрушевича членами постоянного Выдѣла историчного, -- то значитъ, що побочь найученнѣйшого историка рyccкoгo, якимъ и до нынѣ слыве Антоній Петрушевичъ, признано заровно ученымъ историкомъ Руси нашого скромного пароха изъ Валявы. Самымъ отже такимъ выборомъ въ члены историчного выдѣла воздана была Соборомъ ученыхъ русиновъ тогда заслуженная найбольшая честь нашому Антонію Добрянскому, яка ему по-правдѣ належалася.