Здоровая педагогика представляетъ совершенно основательнымъ требованіе, признати людовое нарѣчіе яко основаніе и найлучшое средство всего народного образования, и то во всѣхъ класахъ людовыхъ и направленіяхъ, съ тѣмъ прибавленіемъ однако, дабы изъ взгляду на потребы церковныи присоединити до изученія граматики еще читанье (и пониманье) языка старославянского по выговору малорусскому.
Изъ близкого отношенія педагог. семинаріи до школъ народныхъ проистекаетъ для будущихъ учителей народныхъ само собою потреба основательного изученія нарѣчія людового. Слѣдовательно стается тое нарѣчіе также средствомъ его образованія наукового и педагогического, съ тѣмъ прибавленіемъ однако, дабы будущіи учители народный познакомилися также съ головными писателями украинскими (и великорусскими) и дабы довершили изученіе матерняго языка по возможности точнымъ изученіемъ старославянского (церковного).
Изъ взгляду на предъидущое приготовленіе въ школѣ людовой должно начатись изученіе предметовъ въ I, класѣ гимназ. совсѣмъ въ нарѣчіи народномъ и поступати дальше органически, и степени науки соотвѣтно должно также помнажати словарь учениковъ, изъ языка старославянского и другихь языковъ славянскихъ и вообще изъ утертой терминологіи европейской. Относительно же изученія русского языка, яко такого, предовсѣмъ довершается въ трехъ первыхъ класахъ правильное (этимологическое) писанье и читанье на основаніи граматики; послѣ довершается въ 4. и 5. класѣ точное изученіе языка старославянского съ выговоромъ старославянским (а = е, ж = а, ѣ = е, н = і и т, д.); на основаніи того начинается изученіе языка русского путемъ историческимъ (христоматически) до XIV вѣка, и съ увзглядненіемъ видоизмѣненій того языка (мало- бѣло- и великорусского), продолжается такимъ же образомъ до XVIII вѣка, или до той добы, коли литературная продолжительность на западѣ и юзѣ прорвалась и коли уступила тамъ языку польскому, тутъ нарѣчію украинскому, и кончится близшимъ познакомленіемъ учениковъ съ новѣйшими плодами литературного языка русского и нарѣчія украинского.
Практическое направленіе школъ реальныхъ налагаетъ на учителей русского языка обязанность ограничитись на точное поученіе молодежи неизлишнихъ правилъ граматическихъ до правильного писанія и выраженья; а языкъ предметовъ науковыхъ долженъ конечно примѣнитись (апликоватись) до содержанія тѣхже.
Относительно университета львовского, который скорше или позднѣйше статись должень русскимъ, слѣдуетъ конечно оставити будущимъ его професорамъ и доцентамъ полную свободу въ употребленіи литературного языка русского или нарѣчія малорусского, правдивымъ условіямъ высшей науки соотвѣтно.
А наконецъ слѣдуетъ техницѣ львовской изъ взгляду на ей безпосредственное отношеніе до жизни, полную оставити свободу въ употребленіи языковъ русского, польского и нѣмецкого.
На Руси угорской, которой писатели, здоровому смыслу своему соотвѣтно, присвоили собѣ и граматйку и больше-меньше и словарь литерат. языка русского, оставляется такое направленіе въ полной силѣ съ тѣмъ прибавленіемъ, дабы знаніе матерняго языка довершилось во двохъ послѣднихъ класахъ гимназіи, довольно точнымъ изученіемъ граматики и произведеній литературного языка русского.
Само собою розумѣется, что писатели русскіи, или они лица приватныи или во службѣ урядовой, неоспоримое имѣютъ право изучати и писати въ литерат. языцѣ русскомъ, неменьше и печатати съ такой самой свободою якъ по польски, нѣмецки и французски.
Артикулъ II.
Тримильонный народъ нашъ русскій, подъ скиптромъ австрійскимъ живущій1, есть одною только частью одного и того же народа русского, мало- бѣло- и великорусского, имѣетъ одну съ нимъ исторію, одни преданія, одну литературу и одинъ обычай народный; имѣетъ, слѣдовательно,всякіи примѣты и условія полной единоплеменности національной съ цѣлымъ народомъ русскимъ и можетъ, слѣдовательно (покликуючись на тое), сознати и заявити свое правдивое національное становище.