Потомъ взялъ два ружья и пару пистолетъ, нѣсколько роговъ съ порохомъ, мѣшокъ съ дробью, двѣ шпаги, три боченка пороху, одинъ со всѣмъ мокрой, послѣдніе же два сухіе и ко употребленію годные; и такъ довольно нагрузивши плотъ, думалъ какъ бы донести его до берега, опасаяся, дабы за неимѣніемъ парусовъ и руля вѣтръ его не опрокинулъ.
По счастію моему море было спокойно, а при томъ начавшейся тогда приливъ и способной вѣтръ принесли плотъ мой въ устье одной рѣчки. Берегъ оной былъ мнѣ неизвѣстной, и потому вдругъ лишился было всего сокровища: ибо плотъ мой взошедъ краемъ на бугоръ, поднялся такъ высоко, что весь мой грузъ со всѣмъ въ воду покатился; я скоча съ него и упершись въ сундуки руками, держалъ изо всей своей силы до тѣхъ поръ, пока прибывшая вода поднявши его далѣе въ рѣку не понесла. Пользуясь симъ случаемъ, я не ходя далѣе въ устье рѣки присталъ къ берегу, не удаляясь отъ взморья, въ той надеждѣ, не удастся ли мнѣ въ морѣ увидѣть какое на будь идущее судно. Между тѣмъ увидѣлъ небольшой заливъ; въ него завелъ я свой плотъ съ великимъ трудомъ и опасностью; а какъ подошедъ къ берегу неосторожно въ воду скочилъ, то было вторично со всѣмъ его о прокинулъ. Наконецъ удалось мнѣ ввести его по прибылой водѣ на ровное мѣсто, гдѣ придерживалъ своими веслами до того времени, какъ вода начала сбывать.
Потомъ искалъ мѣста себѣ для жилища, къ сохраненію жизни и имѣнія своего пристойнаго. Не зналъ еще, населенная ли, или ненаселенная то земля, или островѣ былъ, долженъ ли я опасаться дикихъ звѣрей, или быть отъ нихъ въ безопасности. Не далеко отъ того мѣста, гдѣ я присталъ, была великая и крутая гора, превышающая вершиною своею цѣлой хребетъ лежащихъ къ сѣверу высокихъ же горъ. Я взялъ ружье и пистолетѣ, пороху и дроби довольно, пошелъ на оную, и взошедъ чрезъ великую силу увидѣлъ, что нахожусь на острову, и что кромѣ каменныхъ горъ и двухъ къ Востоку лежащихъ малыхъ острововъ ничего болѣе въ дали, а на острову кромѣ великаго множества птицъ, родомъ и употребленіемъ мнѣ неизвѣстныхъ, другихъ тварей было не видно. Идучи съ горы выстрѣлилъ по большей на деревѣ сидящей птицѣ, думаю, что въ семъ мѣстѣ еще въ перьвой разъ отъ сотворенія міра сіе случилось, ибо тотъ часъ послѣ выстрѣла взлетѣло со всѣхъ сторонѣ великое множество всякихъ родовъ птицъ на подобіе поднимающагося густаго облака. Убитаяжъ мною птица съ носу и поперьямъ походила на ястреба, мясо у ней было какъ у коровы, и для того ни къ чему негодное.
По учиненнымъ вышеписаннымъ примѣчаніямъ возвратился я къ плоту, и началъ его выгружатъ, упражняясь въ томъ цѣлой день. По наступленіи ночи не зналъ что дѣлать, и какой искать наслѣгъ. На земли лечь не смѣлъ, опасаясь дикихъ звѣрей, хотя оныхъ еще и не видалъ; и того ради огородившись пустыми сундуками, и свезенными съ корабля досками, спалъ тое ночь спокойно. Въ вечеру примѣтилъ выбѣгающихъ изъ лѣсу подобныхъ зайцамъ звѣрковъ. На другой день намѣрился еще ѣхать на корабль, и привезши нужныя мнѣ веревки, парусъ и прочія вещи, при чемъ совѣтовалъ съ собою, не можно ли то учинить на здѣланномъ въ первую мою поѣздку плоту: но за невозможностію сего дѣла принужденъ былъ итти на корабль такъ, какъ и прежде по збытіи воды; платье же свое положилъ въ шалашѣ, а не на берегу. По приходѣ на корабль здѣлалъ другой лучше перьваго плотѣ, нагрузилъ его меньше, и для того присталъ къ берегу благополучно. Грузъ онаго состоялъ въ разныхъ мнѣ нужныхъ вещахъ, а именно: нашелъ я на кораблѣ двенадцать большихъ буравовъ и топоровъ, оселку, чѣмъ точить оныя, два желѣзные лома, два ящика пуль, семъ ружей, въ томъ числѣ одно охотничье, нѣсколько пороху, большой мѣшокъ съ дробью и свертокъ свинцу, которой за тяжестію его долженъ былъ оставить, всякое платье, малые парусы, койку, тюфякъ и одѣяло.
Между тѣмъ, будучи на кораблѣ, весьма опасался, чтобъ оставшую мою на берегу провизію не съѣли дикіе звѣри, но по возращеніи моемъ примѣтилъ ее нетронутую и цѣлую, а только на одномъ изъ сундуковъ сидѣлъ звѣрокъ подобной дикой кошкѣ, которой видя меня приближающагося отбѣжавъ нѣсколько шаговъ, остановился, и смотрѣлъ на меня весьма быстро, такъ какъ будто бы хотѣлъ ко мнѣ приласкаться; а хотя я на него и приложился ружьемъ своимъ, однакожъ онъ сидѣлъ спокойно. Видя сіе бросилъ я ему кусокъ сухаря, можете узнать, что онъ былъ невеликъ. Какъ то ни есть, звѣрокъ не откинулъ моего подарка и прибѣжавши и обнюхавъ его съѣлъ, а изъ пріятнаго его на меня взгляду можно было догадаться, что ему еще тогожъ хотѣлось. Но видя мою скупость побѣжалъ въ лѣсъ.
Понеже найденной мною порохъ находился въ боченкахъ, коихъ я поднять не могъ, то раздѣлилъ его въ разныя связки, отъ чего работа моя была весьма продолжительна. По пріѣздѣ на берегъ, не смотря на то, что было поздно, здѣлалъ себѣ изъ привезенныхъ мною парусовъ малой шалашъ, и перенесъ въ него все, что отъ дождя и сплина могло испортиться. Потомъ огородился пустыми сундуками и бочками, положа оные одинъ на другой, для защищенія имъ отъ всѣхъ чаемыхъ отъ звѣрей и людей нападеній. Входъ заколотилъ изнутри кольями, и положа въ головы пару пистолетъ, а подлѣ себя ружье, легъ первой разъ на постелю, и спалъ до самаго утра.
Я думаю, что еще ни когда, для одного человѣка столь много военныхъ припасовъ и провіанта собрано не было, сколько я имѣлъ у себя оныхъ; но будучи тѣмъ еще не доволенъ, намерился, когда корабль простоитъ на своемъ мѣстѣ, свезти съ него все, что можно, на берегъ, и въ самомъ дѣлѣ всякой день ходилъ на него во время отливу. Въ третью поѣздку привезъ почти весь такелажѣ, штуку канифасу, взятую для починки парусовъ, помоченой порохъ, паруса, разрѣзывая большіе въ мѣлкія части. Въ шестую поѣздку сыскалъ на кораблѣ бочку сухарей, три боченка руму и ящикъ сахару, и кадку съ мукою; все сіе завернувъ въ парусы, перевезъ счастливо на берегъ.
На другой день по томъ ѣздилъ еще туда, и изрубивъ два большихъ каната, взялъ съ собою завозѣ, все желѣзо, кое только въ силахъ былъ вытащить, и на плотъ свой опустить, и нагрузившись отправился къ берегу; но по несчастію на томъ мѣстѣ, гдѣ въ первой разъ былъ въ опасности, опрокинулся со всемъ своимъ грузомъ. Желѣзо потонуло, прочія же вещи спасъ по збытіи воды. Въ 13 дней моего на острову пребыванія ?здилъ я двенатцать разъ на корабль, забирая съ собою все, что только возможно было взять одному человѣку, я думаю, что бы при продолжившейся тихой погодѣ и весь корабль разобравъ по частямъ на берегъ перевезъ. Но какъ приготовлялся еще на него ѣхать, то поднялся великой вѣтръ. Не смотря на то доплылъ я до корабля. Уже все въ немъ было перерыто, однако при семъ послѣднемъ случаѣ нашелъ я шкафъ съ двумя ящиками, въ которыхъ было три бритвы, пара ножницъ и дюжина ножей съ вилками; въ другомъ тритцать шесть фунтовъ стерлинговъ Европейской и Бразильской золотой и серебреной монеты и нѣсколько Гвиней. Увидя деньги, усмѣхнувшись вскричалъ во весь голосѣ: О! суета суетъ, развратной, и презрѣнной металлъ, къ чему ты нынѣ мнѣ годишься? не стоишь и того, чтобъ я за тобою наклонился; одинъ изъ сихъ ножей нужняе мнѣ теперь всѣхъ Крезовыхъ богатствъ, оставайся тамъ, гдѣ лежишь, или ступай, какъ негодная и недостойная вещь наслаждаться: дневнымъ свѣтомъ въ предѣлы глубины Нептуновой. Но вдругъ перемѣнивши: мысли, взялъ ихъ съ собою послѣдуя конечно дѣйствующей во мнѣ о избавленіи моемъ надеждѣ. Началъ было дѣлать плотъ, но небо вдругъ почернѣло, и вѣтеръ поворотясь къ берегу дѣлалъ въ морѣ великое волненіе, и для этого не ожидая приливу бросясь въ воду поплылъ, и чрезъ великую силу добрался до находящейся не далеко отъ корабля косы за тѣмъ, что все помянутыя вещи были со мною, а, при томъ и вода уже такъ поднялась, что и до приливу здѣлалась великая буря. По счастливомъ прибытіи на берегъ сѣлъ я въ мою хижину посреди богатствъ моихъ. Въ ту ночь былъ великой вѣтръ, а поутру корабля уже со всѣмъ не стало. Я видя сіе утѣшалъ себя тѣмъ, что не упустилъ ни времяни, ни трудовъ и старанія къ свезенію съ него мнѣ нужныхъ вещей, ибо ничего уже на немъ не было такого, чтобы необходимо надобно было. И такъ о кораблѣ больше уже и думать было нѣчего, ожидалъ только, не броситъ ли погода на берегъ разбитыхъ его частей что въ самомъ дѣлѣ и случилось, однако безъ всякой мнѣ пользы.
Всѣ мои мысли стремились тогда только въ то, чтобъ привести себя въ безопасность отъ дикихъ народовъ и звѣрей. Многія о постройкѣ новаго моего жилища имѣя разсужденія, не зналъ лучшели мнѣ рыть пещеру, или строить шалашъ. Наконецъ вознамѣрился здѣлать оба вмѣстѣ.
Низкое и болотное мѣсто, гдѣ я находился, было къ тому со всѣмъ неспособно, слѣдовательно и нездорово, а при томъ и отдаленное отъ прѣсной воды, и для того искалъ себѣ такого, гдѣ бы воздухъ былъ здоровой, вода свѣжая, а при томъ бы закрытое отъ солнца и отъ всѣхъ чаемыхъ отъ людей и звѣрей нападеній безопасное, видомъ къ морю, дабы, естьли паче чаянія пойдетъ какое ни будь судно, тобъ я могъ его увидѣть. Я не позабылъ еще и тогда стараться о моемъ избавленіи, о которомъ надежда со всѣмъ изъ мыслей моихъ еще не выходила.