Канторщикъ нашъ, бывшей тогда съ нами, также отъ нихъ отступился, и совѣтовалъ мнѣ возвратиться на шлюбку. Къ намъ присталъ одинъ матросъ, и такъ раставшись съ своими ослушниками, пошли мы на шлюбку. Отважнаяжъ шайка увѣряла насъ, что возвратятся весьма скоро. Тщетно старался я представить имъ еще, что сей ихъ поступокъ и предпріемлемое кровопролитіе какъ предъ Богомъ, такъ и предъ всѣмъ честнымъ свѣтомъ оправдаемъ быть не можетъ, но слова мои возбудили въ нихъ одни насмѣшества; всѣ единодушно называли меня трусливымъ, говоря, чтобы весьма были нещастливы, естьлибъ надъ собою такою командира имѣли; а теперь прощаясь продолжали они рѣчь свою, намъ до васъ нѣтъ нужды, извольте итти куда вы хотите, и въ покоѣ дожидаться, пока мы къ вамъ назадъ не придемъ.
Такимъ образомъ надо много насмѣхаясь, пошли они наконецъ въ путь свой.
У нихъ было по ружью и по парѣ пистолетъ, да кромѣ того у троихъ матросовъ по топору, а у ботсмана сабля, да еще двенатцать гранатъ; словомъ сказать, никогда думаю столь малое число людей, хотя и съ ногъ до головы вооруженныхъ, таковаго отважнаго дѣла не предпринимывали, какое начинали сіи къ полученію великой добычи ободряемые отваги, но въ томъ обманувшись въ такую пришли ярость, что выжгли весь Мадагаскаръ, а жителей онаго отъ стараго и до малаго на голову побили.
Продолжая путь свой, подошли они къ нѣкоей небольшой деревушкѣ, такъ какъ шалашахъ въ пятнатцати состоявшей. Ее почли они сперьва самымъ городомъ: но послѣ разсмотря малое селеніе, заключили объ ней инако. Долго разсуждали они, атаковать ли имъ сей хуторъ или нѣтъ, многіе совѣтовали разорить и побить жителей онаго, дабы тѣмъ пресѣчь всѣ способы, по которымъ бы о предпріятіи ихъ въ городѣ могло извѣстно учиниться, такожъ чтобы въ случаѣ неудачи не имѣть въ семъ мѣстѣ непріятелей, которыебъ могли препятствовать въ ретирадѣ ихъ на шлюбку. Но какъ ходя по деревнѣ примѣтили они что жители оной спятъ, то оставя варварское свое предпріятіе, пустились далѣе въ путь. Между тѣмъ идучи по лѣсу, нашли привязанную къ дереву корову. Ботсманъ приказалъ отвязать ее. Сія скотина, говорилъ онъ, конечно хлѣвъ свой сыщетъ; естьли она изъ той деревни, которую мы прошли, и туда итти оборотится, то мы поймавши ее по прежнему привяжемъ, и послѣ идучи назадъ съ собою возмемъ. Когдажъ она изо другаго мѣста, а можетъ быть и изъ самаго городу, то пойдемъ за нею; она приведетъ насъ къ желаемое нами мѣсто. По сему совѣту спущенная съ аркану корова пошла впередъ, и здѣлавшись проводникомъ нашихъ воиновъ, довела ихъ до города.
Въ немъ было все въ глубокой тишинѣ, и жители не опасаясь неожидаемаго нападенія наслаждались покойнымъ сномъ. По приближеніи къ сему мѣсту имѣли матросы военной совѣтѣ, на которомъ положили обойти съ четырехъ сторонѣ городъ, и зажечь крайніе домы онаго, а при томъ безъ всякаго шума; выбѣгающихъ же изъ нихъ людей вязать и оставлять на улицахъ. Чтожъ въ случаѣ сопротивленія ихъ дѣлать было должно, о томъ и безъ приказу всѣмъ было извѣстно. Такимъ образомъ уговорившись, раздѣлились они на четыре партіи. Но въ самое то время, какъ по назначеннымъ въ совѣтѣ мѣстамъ расходиться стали, увидѣли нѣкоторые изъ нихъ убитаго своего товарища, Ѳому Еферія. Онъ повѣшенъ былъ за руку на деревѣ, стоявшемъ близъ нѣкотораго большаго дому.
Сіе жалости достойное позорище возбудило въ матросахъ несказанную ярость. Увидя сіе заклялись они отмстить смерть нещастнаго своего товарища, и не щадя ни кого побивать всѣхъ, кто имъ только въ руки попадется. Выговоривши сіе принялись въ тужъ минуту за исполненіе сего злаго своего намѣренія. А понеже домы у Индѣйцевъ строются низкіе, и покрываются тросникомъ, которой отъ великихъ въ сихъ мѣстахъ бываемыхъ жаровъ весьма высыхаетъ, то и не трудно было здѣлать въ короткое время и въ разныхъ мѣстахъ множество пожаровъ. Наконецъ не оставили они таковымъ же посѣщеніемъ и помянутаго дому, близъ котораго повѣшенъ былъ за руку Ѳома Еферій. Въ семъ домѣ жилъ самъ Король Мадагаскарской, въ переднемъ же покоѣ находились тогда всѣ знатнѣйшіе сего народа особы. Они собраны были на совѣтѣ, какъ бы учинить на насъ нападеніе; но не удалось имъ исполнить сего своего намѣренія; ибо и съ Королемъ своимъ сгорѣли они во дворцѣ его; а другіе осмѣлившіеся вытти изъ онаго изрублены ботсманомъ, стоявшимъ съ саблею въ тѣхъ дверяхъ, коими имъ выходить было надобно; многіе же изъ нихъ побиты брошенною въ домъ гранатою, а другіе бросались отъ нее сами въ огонь.
Во время сего великаго кровопролитія не нужно было стрѣлять изъ ружей, чего нападающіе и остерегались для гною, чтобы не разбудишь еще спящихъ городскихъ жителей; но усилившейся пожаръ началѣ выгонять оныхъ изъ жилищъ ихъ, по чему уже и принуждены были матросы приступить къ убійствамъ, а отъ того началась почти непрерывная стрѣльба.
Яжъ будучи на шлюбкѣ, и видя великой пожаръ, которой по случаю темной ночи еще ужаснѣе казался, нежели былъ въ самомъ дѣлѣ, а по томъ и начавшаяся ружейная стрѣльба причиняла мнѣ такое беспокойствіе, что не зналъ какъ о томъ подумать. Племянникъ мой не вѣдая также о причинѣ онаго, и опасаясь не здѣлалось ли мнѣ и канторщику какого нещастія, собралъ еще тритцать человѣкѣ матросъ, и вооружа ихъ поѣхалъ къ намъ на помощь. По прибытіижъ на островъ крайне удивился, видя насъ обѣихъ только съ двумя матросами въ шлюбкѣ сидящихъ.
Мы разсказали ему о всемъ съ нами случившемся, такожъ и о томъ, что матросы не послушавшись меня, а выбравши себѣ командиромъ ботсмана, пошли атаковать Мадагаскаръ, и теперь какъ видно зажегши сей городѣ, дерутся съ жителями онаго. Капитанъ хотя и досадывалъ на своихъ подкомандующихъ; однакожъ почелъ за должность подать имъ руку помощи. Я представлялъ ему возможнымъ образомъ, чтобъ онъ оставилъ такое глупое предпріятіе, которое могло ввергнуть все его судно въ крайнюю опасность, но слова мои говорены были не понимающему пользу оныхъ. Какъ мнѣ оставить, отвѣчалъ онъ на всѣ мои предложенія, въ погибели людей своихъ! какой я буду командиръ, когда не войду въ бѣдность своихъ подкомандующихъ, и не постараюсь избавишь ихъ отъ сей бѣды моими совѣтами.
Такимъ образомъ отвѣтствуя на мои слова, жалѣлъ о томъ, что не взялъ съ собою еще больше людей; наконецъ послалъ онъ елботъ, и приказалъ съѣхать на берегъ дватцати человѣкамъ, изъ которыхъ шестерымъ велѣно было остаться для сбереженія шлюбки, а протчимъ итти къ городу, куда и я по любви моей къ племяннику моему отправился, а по пожару пришли мы на мѣсто баталіи. Частые ружейные выстрѣлы, и умножающійся часъ отъ часу пожаръ приводилъ насъ въ крайней ужасъ, но того страха, какой мы по прибытіи въ городъ, видя безчеловѣчной матросовъ нашихъ поступокъ, чувствовали, и изъяснить не можно.