Я видя сіе, весьма досадовалъ самъ на себя, что помѣшалъ ему въ его набожности, по окончаніи которой подошелъ онъ ко мнѣ, и умильнымъ, а при томъ постояннымъ лицемъ и съ наполненными слезъ глазами благодарилъ меня за принятіе и за избавленіе отъ смерти толикаго числа людей бѣдныхъ. Я отвѣчалъ ему, что сіе исполнить почиталъ за свою должность, и для того имѣло съ своей стороны притчину благодарить Бога за то, что онъ подалъ мнѣ случай избавленіемъ ихъ исправитъ должность христіанства. Послѣ сего старался онѣ успокоивать земляковъ своихъ, но они не могли еще тогда пользоваться разумными его совѣтами.

Я записалъ сіе для того, чтобъ показать читателю, коимъ образомъ надлежитъ человѣку стараться овладѣть страстьми своими: ибо они приводятъ насъ часто въ посмѣяніе отъ умѣренныхъ, а при томъ при такихъ случаяхъ познается великая душа человѣка.

Долго не имѣли мы отъ гостей своихъ покоя, а наконецъ пришедъ они въ себя, показывали намъ наичувствительнѣйшіе знаки благодарности. Между тѣмъ пришелъ къ намъ въ каюту ихъ капитанъ, и просилъ меня равно, какъ и командующаго кораблемъ племянника моего; чтобъ высадить ихъ въ такомъ мѣстѣ, изъ коегобъ имъ во Францію возвратишься было возможно, за что давалъ онъ намъ всѣ свои деньги, такожъ и дорогія всѣми спасенныя отъ пожару вещи.

Племянникъ мой покусился было принять отъ него предлагаемое; но я зная, сколь несносно быть безъ денегъ въ чужой землѣ, отвратилъ его отъ сего предосудительнаго намѣренія, тѣмъ больше, что напомнилъ ему, какимъ образомъ поступалъ со мною Португальской капитанъ, когда онъ меня на корабль свой принялъ, и въ сходство сего поступка, отвѣтствовалъ Французскому капитану, что принятіемъ ихъ ни корабль, здѣлали мы долгъ человѣчества, и что въ подобномъ имъ нещастіи, таковагожъ отъ ближняго своего и себѣ ожидаемъ. Мы будучи увѣрены, сказалъ я ему, что бы и вы насъ въ случившейся подобной вашей крайности безъ заплаты къ себѣ взяли, здѣлаемъ несправедливо, естьли васъ теперь обирать станемъ; ибо вы хотя и избавились отъ потопленія, однако принуждены будете умереть съ голоду. Чтожъ принадлежишь до доставленія васъ къ такому мѣсту, откудабъ вы во Францію возвратиться могли, то сего здѣлать намъ не можно, потому что нашъ корабль идетъ въ восточную Индію, по которой дорогѣ желаемыхъ вами мѣстъ не находится, а хотя мы сверьхъ нашего желанія, можетъ быть для избавленія вашего, вѣтрами сюда и занесены, однакожъ къ сей сторонѣ уже держать больше не можемъ, а только зло здѣлаемъ, что будетъ держаться того пути, которымъ въ Англію и во Францію корабли ходятъ. Дай Богъ, чтобъ какой нибудь съ нами встрѣтился, и выбъ по желанію вашему въ Европу возвратились.

Перьвыя слова мои капитану показались, послѣднія же были очень противны, а особливо бывшимъ съ нимъ пасажирамъ ѣхать съ нами въ восточную сторону весьма не хотѣлось, а всѣ усильно просили меня продолжать путь нашъ къ Тереневскимъ банкамъ. Тамъ уже, говорили онѣ, можно намъ будетъ въ Канаду и на шлюбкахъ доѣхать. Сіе предложеніе было съ разумомъ сходно, и я разсудилъ во первыхъ, сколь несносенъ будетъ имъ нашъ продолжительной путь, а по томъ, что и мы ихъ прокормить не въ состояніи, то для сего и намѣренъ былъ высадить ихъ въ Мартиникѣ.

А хотя по щастію ихъ время было при довольно крѣпкомъ вѣтрѣ весьма хорошее, и намъ много въ Европу идущихъ кораблей попадалось, однакожѣ никто пасажировъ нашихъ къ себѣ не бралъ, отговариваясь, что имъ по причинѣ случившихся противныхъ вѣтровъ и самимъ прокормиться нечѣмъ; по чему мы и принуждены были дойти до Тереневскихъ банковъ, и тѣмъ по неволѣ исполнить ихъ желаніе, а по прибытіи туда, высадили ихъ въ рыбачью барку, на которой они уже безъ опасности могли доѣхать до матерой земли. Вышепомянутой же молодой священникъ съ ними не поѣхалъ, а просилъ насъ, чтобъ мы выпустили его на Коромандельской берегъ, а съ нимъ остались еще четыре человѣка матрозовъ, они были всѣ ребята проворные и услужливые.

Отъ банковъ поворотили мы въ восточную Индію, и держали дней съ дватцатъ не имѣя большаго вѣтра къ Зюйду. Будучижъ въ семъ пути случилось намъ еще показать свое великодушіе находящимся въ плачевныхъ обстоятельствахъ людямъ,

Въ 1695 году Марта 15 дня увидѣли мы прямо на насъ идущей большей корабль; мачты у него уже были сломлены, а вмѣсто оныхъ поставлены реи. Мыжъ имѣя способной вѣтръ, и слыша учиненной ими въ знакѣ крайности ихъ пушечной выстрѣлѣ, пошли на нихъ, а по приближеніи свѣдали, что они въ Барбадѣ великимъ штурмомъ съ якори сорваны будучи и безъ командировъ своихъ, кои тогда на берегъ съѣхали, кораблемъ управлять и карты разбирать находясь не въ состояніи, странствуютъ по морю безъ всякой къ спасенію надежды.

Злополучіе бѣдныхъ сихъ людей тѣмъ наипаче было велико, что они борясь съ бурею и вѣтрами, съѣли весь провіантъ свой, и помирали голодною смертно, и уже одиннатцать дней не имѣли ни хлѣба, ни мяса, а только питались мукою и прѣсною водою, коей на кораблѣ по щастію ихъ было запасено довольно; у нихъ же на кораблѣ находились трое пасажировъ, а имянно, мать съ сыномъ и служанкою. Они переѣхали на корабль за день передъ своимъ нещастіемъ, и за тѣмъ не запаслись нужнымъ, а матрозы не имѣя и сами почти необходимой пищи, тѣмъ ихъ довольствовать отреклися.

Мы посылали къ нимъ своего ботсмана, которой сколь скоро возвратился и мнѣ разсказалъ обѣ обстоятельствахъ сихъ нещастныхъ, а особливо о пасажирахъ, что самъ входилъ въ каюту, гдѣ они уже лежатъ и не говорятъ ни слова по чему и думаю я, продолжалъ онъ рѣчь свою, что она мертвы, то я крайнѣ старался уговорить племянника, чтобъ снабдилъ онѣ ихъ нужною провизіею, предлагая, что мы всегда имѣемъ случай зайти въ Виргинію, и тамъ паки запастись провіантомъ.