Хрыковъ, по обыкновенію, мотнулъ головой.
-- Ура, Алексѣю Ивановичу Турбину! Многая лѣта, ревѣлъ конторщикъ въ лужѣ.
-- Александръ Ивановичъ, нехорошо, совѣстно! говорилъ подошедшій писецъ Травкинъ.
-- Уйди, мерзавецъ! Чувства благодарности не знаешь! Начальника провожаешь, а путь ему вѣтвями не устилаешь! Свинья безчувственная! Вотъ тебѣ!-- и комокъ грязи залѣпилъ Травкину въ лицо.
-- Мирное и благоденственное житіе, здравіе же и спасеніе подаждь Господи нашему управляющему Алексѣю Ивановичу Турбину! ревѣлъ онъ снова.
А у тарантаса осушались бутылка за бутылкой и скоро были всѣ близки въ положенію конторщика. Наконецъ Турбинъ уѣхалъ; конторщика нашли только къ вечеру: онъ спалъ въ болотѣ, куда забрелъ пьяный, ничего не помня.
XXIV.
По отъѣздѣ Турбина, Хрыковъ пить сталъ меньше и даже занялся дѣломъ: распорядился вывозить изъ ледниковъ плавающій лѣсъ, который предполагалъ употребить на перестройку. Карабаловъ сидѣлъ въ своей квартирѣ и отъ скуки пилъ и роскошничалъ одинъ. Пытался было впутать и Хрыкова, но тотъ не поддался и если пилъ, то втихомолку,-- для чего и заходилъ каждый день ко мнѣ. Карабаловъ, послѣ тщетныхъ попытокъ овладѣть Хрыковымъ, увидѣлъ наконецъ, что это нелегко и какъ не глупъ Хрыковъ, а не поддается,-- съ досады уѣхалъ, обѣщаясь вернуться черезъ мѣсяцъ. Фадѣй Савельичъ принялся дѣлать уксусъ. Для этого онъ накупилъ на счетъ конторы пропасть различныхъ спецій и, наливъ три бочки по чанамъ, поставилъ на солнцѣ, предъ окнами своей квартиры.
Конторщикъ, по отъѣздѣ его благодѣтеля, Александра Денисыча,-- вмѣстѣ съ женою своей запилъ горькую. Эта дорогая партія безобразничала и распутничала на-всю окрестность. Я приставалъ все къ Хрыкову съ запискою о жалованьѣ; но на всѣ просьбы получалъ одинъ отвѣтъ: денегъ нѣтъ. А когда были деньги, отвѣтъ перемѣнялся. Онъ говорилъ откровенно: денегъ я вамъ дать не могу,-- боюсь, что вы уѣдете и мнѣ не съ кѣмъ остаться. Павелъ тоже рвался уѣхать, но его, какъ и меня, останавливало безденежье. Пока отецъ былъ въ заводѣ, онъ жалованья не бралъ, надѣясь, что получить успѣетъ всегда, а когда отецъ уѣхалъ, Хрывовъ и ему давалъ тотъ же отвѣтъ: денегъ нѣтъ.
Въ концѣ іюля Хрыковъ началъ серьезно думать о перестройкѣ завода, потому что все валилось и начинать новое винокуреніе было невозможно. Онъ просилъ нѣмцевъ написать, что необходимо перестроить въ заводѣ и составить смѣту. Тѣ нашли все негоднымъ. и все не на мѣстѣ. Нужно было перемѣнить паровую машину, холодильныя тарелки, чаны, кубы и т. д. Смѣта составляла тридцати-тысячный расходъ. Хрыковъ просилъ денегъ на постройку. Силинъ отвѣтилъ рѣшеніемъ продавать вино по дешевымъ цѣнамъ. И вотъ настало для завода денежное время! Продажа улучшилась и общая сонливость пропала.