-- Да вѣдь это часовое дѣло.
-- Не могу, даже еслибъ было и минутное.
-- А да, понимаю, вы изъ М. Вы знать никого не хотите, зашипѣлъ уже онъ, будучи не въ силахъ сдерживать злобы при такомъ неожиданномъ противорѣчіи.,
-- Да, дѣйствительно знать ничего не хочу, кромѣ собственнаго дѣла, сгрубилъ я.
-- Я васъ заставлю узнать, шипѣлъ онъ.
Я ушелъ.
Настроеніе моего духа перемѣнилось; я чувствовалъ, что наступилъ на змѣю и могу дорого поплатиться за это. Въ столовой я закурилъ и началъ ругаться про себя, То есть показывать изъ кармана кулакъ. Отворилась дверь и изъ смежной комнаты вышелъ Новкинъ (управляющій бывшимъ М. откупомъ), который только что въ этотъ день пріѣхалъ и не успѣлъ порядочно поздороваться со мною.
-- Ну какъ дѣла, спросилъ онъ.
-- Дѣла-то ничего, да вотъ схватилъ сейчасъ непріятность, и я разсказалъ ему предыдущую сцену.
-- Ну, это ничего, успокоивалъ онъ меня,-- пойдемте въ Александру Петровичу, тамъ къ разговору передадите и это.