-- Нѣтъ, нѣтъ, она принадлежитъ къ своей греко-россійской церкви. Мать ея была чудесная женщина, хотя и очень болѣзненная. Отецъ ея, бодрый старый военный, человѣкъ добродушный, но немножко скучноватый и немного разыгрывающій изъ себя военнаго денди. Княжна Вѣра, какъ и мать ея, обладаетъ большими дарованіями, но главное, она показала мнѣ, открыла мнѣ, такъ-сказать, какъ въ себѣ, такъ и во мнѣ самомъ, такія стороны о существованіи которыхъ я и не грезилъ до той поры. Я убѣжденъ въ томъ что любовь, подобно смерти, всегда остается нова; обѣ онѣ самыя великія учительницы наши; все остальное большею частію пусто, ничтожно и безполезно, исключая развѣ лишь дѣтей; потому-то я вѣроятно и балую такъ твоихъ малютокъ.
-- Ахъ, да, дѣти! воскликнула леди Анна, смотря на своего мальчика и на свою дѣвочку.-- Я совсѣмъ забыла что они тоже тутъ въ комнатѣ. Крошки, крошки, вамъ давно пора идти пить чай. Соберите ваши игрушки и ступайте.
Миллисентъ и Вальтеръ, выслушавъ этотъ совѣтъ, собрали всѣ свои вещи и удалились, Миллисентъ держа въ рукахъ вверхъ ногами свою куклу, а Вальтеръ сердясь на быстроту съ которою сестра бѣжала по лѣстницѣ.
Мистрисъ Эмесъ, нянюшка, встрѣтила ихъ у двери въ дѣтскую, но тутъ, долженъ я къ сожалѣнію сказать, оправдалась пословица гласящая что "у маленькихъ щипчиковъ ушки длинныя". Миссъ Гаррингтонъ, бродившая по дому со своимъ обычнымъ, тихимъ, благовоспитаннымъ видомъ, тоже случайно встрѣтила ихъ, и Миллисентъ, со всѣмъ ужасающимъ лукавствомъ семилѣтняго возраста и безъ всякаго предварительнаго вступленія, прямо сообщила ей что "дядя Генри ее не любитъ"
-- Молчите, молчите, миссъ; нечего вамъ говорить такія глупости, воскликнула величественная Эмесъ, таща за собой маленькую дѣвочку и не давая ей времени повторить оскорбленіе.-- Что могло вбить въ голову ребенка подобную вещь? замѣтила она, обращаясь къ помощницѣ своей Эммѣ.-- И къ тому же миссъ Гаррингтонъ такая славная барышня что каждый джентльменъ могъ бы полюбить ее.
-- А онъ ее все-таки не любитъ, повторила Миллисентъ, съ важностью усаживаясь предъ своею кружечкой.-- Я слышала какъ онъ говорилъ это мамѣ; ты слышалъ, Вальтеръ?
Вальтеръ, помоложе сестры и не настолько проницательный какъ она, былъ въ это время занятъ складками своего мучительно чистаго и выглаженнаго фартучка и потому не удостоилъ ее отвѣтомъ.
-- Ну, ужь правду сказать! воскликнула Эмма,-- и....
-- Да, удивительная вещь какъ я погляжу! повторила няня, ибо миссъ Гаррингтонъ, кроткимъ обращеніемъ своимъ, пріобрѣла себѣ расположеніе всей прислуги.
И затѣмъ Эмма, тряхнувъ головой и вспомнивъ, вѣроятно, объ одномъ изъ собственныхъ юныхъ поклонниковъ своихъ, служившемъ при полиціи, принялась жестоко укорять насмѣшливаго пера.