-- Теперь я вспомнилъ; они, кажется, не совсѣмъ правильно вѣруютъ въ Святаго Духа.
-- О другъ мой! да вѣдь это ужасно!
И рѣшивъ такимъ образомъ между собой, къ полному удовольствію своему, вопросъ о filiogue и о великомъ распаденіи церквей, полковникъ и леди Анна Ньюбольдъ мирно сѣли обѣдать.
ГЛАВА XVIII.
Графиня Прасковья дома и за границей.
Ничто не опредѣляетъ такъ характера какой-либо націи или даже отдѣльной семьи, какъ ихъ способъ путешествовать. Нѣмецкій студентъ съ своею котомкой, сынъ Востока со своимъ молитвеннымъ ковромъ, Англичанинъ, окруженный всѣми удобствами западной цивилизаціи, всѣ они представляютъ собой обращики національныхъ свойствъ своихъ, и контрастъ между двумя семействами прибывшими въ октябрѣ 1864 года въ Ниццу былъ довольно замѣчателенъ для того чтобъ остановить наше вниманіе.
Оба семейства эти -- Ньюбольды и Замятины -- жили въ верстѣ другъ отъ друга, на западномъ концѣ города. Они не знали другъ друга, никогда не встрѣчались, и нечего прибавлять что были вполнѣ неповинны въ какомъ бы то ни было сочувствіи другъ къ другу.
Странствіе Ньюбольдовъ изъ Л--шейра было дѣломъ весьма сложнымъ.
Маленькій Вальтеръ прихварывалъ, а bronchitis мистрисъ Сенъ-Джонъ требовала какъ попеченій ея дочери, такъ и благодѣтельнаго вліянія теплаго климата, и эти-то причины и побудили ихъ провести зиму въ Ниццѣ. Леди Анна Ньюбольдъ покинула свою тепличку, свою школу, свою хорошенькую гостиную, свою разнощицу Библій, свои рождественскія празднества, свою подругу, миссъ Гаррингтонъ, свою сосѣдку, жену викарія, и всѣ принадлежности своего довольно роскошнаго дома.
Она взяла съ собой двухъ старшихъ дѣтей своихъ и новорожденнаго малютку, величественную Эмесъ и одну изъ служанокъ при кухнѣ, въ которой предполагалось умѣніе жарить и варить и дѣлать пудинги для дѣтей. Мистрисъ Эмесъ тащила съ собой цѣлую бездну коробокъ и еще большее число корзинокъ, полныхъ Gregory's Mixture, сухарей, кусковъ фланели и прочихъ любопытныхъ предметовъ, за каждый изъ которыхъ она была готова каждую минуту вступить въ бой. Полковникъ Ньюбольдъ, захватившій съ собой свои сигары и коллекцію путевыхъ романовъ, боялся мистрисъ Эмесъ и въ то же время ненавидѣлъ и избѣгалъ ее, и былъ чрезвычайно доволенъ, когда нѣчто подобное комфорту водворилось въ жилищѣ ихъ Maison Jaunie.