-- Потому что они могутъ сообщить о нашихъ показаніяхъ въ комитетъ,-- откровенно сознается свидѣтель.
Одинъ изъ свидѣтелей, Муслимъ-бей, отправляясь въ судъ, составилъ предварительно духовное завѣщаніе, такъ онъ былъ увѣренъ, что его непремѣнно убьютъ. Другой свидѣтель, армейскій капитанъ Хаджи Али-бей, показанія котораго дали очень много цѣннаго матеріала для выясненія темнаго дѣла, на послѣднемъ засѣданіи принесъ оффиціальную жалобу на то, что послѣ первыхъ своихъ показаній онъ былъ задержанъ и посаженъ въ темный карцеръ, гдѣ его пытали и угрожали смертью, если онъ будетъ продолжать показывать противъ подсудимыхъ...
Такъ же, какъ и Зекки-бей, по мановенію невѣдомой руки были убиты стѣснявшіе финансовыя операціи комитетскихъ дѣятелей журналисты изъ оппозиціоннаго лагеря Гассанъ-Феми-бей и Ахмедъ-Самимъ-бей. Злѣйшій врагъ искусственной "оттоманизаціи" немусульманскихъ народностей Турціи, греческій митрополитъ города Гревены, нѣсколько мѣсяцевъ тому назадъ жизнью заплатилъ за свои политическія "заблужденія". Убійцы, какъ и въ большинствѣ случаевъ, остались неразысканными. По поводу убійства Гревенскаго митрополита въ парламентѣ былъ сдѣланъ оппозиціей и депутатами-греками запросъ, но, по обыкновенію, ничего изъ этого не вышло.
-- "Есть отчего спрятаться у себя дома и никуда не показывать носу,-- меланхолически писалъ въ одномъ изъ номеровъ теперь прекратившейся по распоряженію правительства оппозиціонной газеты "Alemdas" ея "внутренній обозрѣватель".-- Совсѣмъ не время теперь, взявъ зажженный фонарь въ руки, пойти показывать среди темноты дорогу къ истинѣ. Тѣ, что стрѣляютъ, сами прячутся въ тѣни, чтобы удобнѣе было цѣлить на свѣтъ. Бацъ -- и готово! Прощай разбитый въ дребезги фонарь, прощай неосторожный развѣдчикъ... Это, можетъ быть, въ другихъ какихъ-нибудь странахъ отъ столкновенія противоположныхъ идей загораются искры свѣта. У насъ же въ Турціи такія столкновенія сопровождаются обычно лишь очень мѣткимъ выстрѣломъ изъ револьвера"...
Было бы ошибкой думать, что оппозиціонные элементы страны, сорганизовавшись въ единую партію "либеральнаго соглашенія", представляютъ собой нѣчто цѣлое, воодушевленное одной патріотической идеей. Идея у нихъ, положимъ, есть -- но она скорѣе чисто личнаго свойства. "Подвинься, чтобы я могъ сѣсть на твое мѣсто!" -- вотъ единственная, общая всѣмъ членамъ новой партіи мысль по отношенію къ младотурецкому комитету. Въ остальномъ они глубоко различны между собой. Каждый тянетъ въ свою сторону. Примкнувшіе къ либераламъ реакціонеры будутъ преслѣдовать свои задачи; либералы, которые, кстати сказать, въ Турціи только называются этимъ именемъ, но на самомъ дѣлѣ представляютъ собой тѣхъ же младотурокъ, только понявшихъ, что насильно "отуречить" всю разноплеменную турецкую имперію невозможно -- пойдутъ тоже особымъ путемъ. Греки и болгары будутъ готовиться къ осуществленію давнишней, завѣтной мечты: первые станутъ стремиться къ Македоніи какъ "къ бульвару греческой свободы", вторые -- къ той же самой Македоніи, но уже какъ къ "естественному продолженію единоплеменной Болгаріи"... Въ окончательномъ счетѣ столкновеніе между всѣми этими разнородными элементами неизбѣжно. Сверхъ того, имъ каждому по отдѣльности и всѣмъ вмѣстѣ предстоитъ "послѣдній рѣшительный бой" съ младотурками, которые, повидимому, не особенно расположены допускать ихъ къ участію въ дѣлахъ государственнаго управленія.
Какъ бы то ни было, но обновленная Турція послѣ медоваго мѣсяца упоенія конституціонными гарантіями и точно съ неба свалившимся "новымъ строемъ", сидитъ теперь по прежнему у стараго разбитаго корыта. По прежнему похаживаютъ вокругъ нея временно исчезнувшіе, но снова потомъ появившіеся европейскіе "оцѣнщики", въ ожиданіи интересующаго ихъ историческаго аукціона. "Молодецкій" набѣгъ Италіи на беззащитную и далекую провинцію безъ крѣпостей, безъ соотвѣтствующаго гарнизона, повидимому, былъ первымъ пробнымъ шаромъ... Въ ближайшемъ будущемъ должны быть еще новые и, можетъ быть, даже интересные сюрпризы. По увѣренію турецкаго оппозиціоннаго журнала "Mecheroutiette", извѣстный знатокъ Ближняго Востока, французскій ученый Викторъ Бераръ, уже шесть мѣсяцевъ тому назадъ составилъ карту "приблизительнаго" раздѣла Турціи между великими державами, при чемъ по модной теперь теоріи "компенсаціи" всѣ получатъ причитающіяся имъ доли, сообразно степени испытанныхъ ими по винѣ имперіи "Тѣни Аллаха на землѣ" политическихъ и экономическихъ заботъ и огорченій.
Живущая послѣднія тридцать лѣтъ исключительно внѣшними займами, тратящая изъ своего ежегоднаго бюджета въ 300 милліоновъ франковъ 100 милліоновъ на уплату по долговымъ обязательствамъ, Турція, хотя бы и обновленная въ младотурецкомъ пониманіи этого слова, въ настоящій моментъ фактически и безъ того уже почти вся въ рукахъ иностранцевъ. Здѣсь нѣтъ фабрично-заводской національной промышленности; бюджетъ общественныхъ работъ находится еще въ зачаточномъ состояніи. Все тѣ же нѣмцы, французы, англичане проводятъ въ странѣ желѣзныя дороги, строятъ мосты, набережныя, отели. Это они продаютъ ей военные корабли и боевые матеріалы, учатъ ея солдатъ, реорганизуютъ армію... За то иностранцамъ въ Турціи -- первое мѣсто. Умопомрачительныя по доходности концессіи на эксплуатацію природныхъ богатствъ получаются предпріимчивыми культуртрегерами съ помощью во время даннаго вліятельному сановнику соотвѣтствующаго его служебному положенію "бакшиша". Страна продается и оптомъ, и въ розницу. Во многихъ случаяхъ продажу эту не стѣсняются производить совершенно открыто... Одни французы вложили здѣсь въ различныя предпріятія больше 3 милліардовъ франковъ. За ними идутъ нѣмцы, со своей Багдадской желѣзной дорогой и неуклоннымъ "Drang nach Osten". А тамъ еще австрійцы, итальянцы, англичане... Все ближе и неизбѣжнѣе стягивается вокругъ несчастной, богатой возможностями, но нищей способами ихъ выполненія страны желѣзное кольцо европейскаго промышленнаго капитала. Теперь на Турцію устремлены жадные взоры интернаціональныхъ искателей новыхъ рынковъ для сбыта залежавшихся товаровъ. Марокко, Персія, Египетъ почти уже проглочены. Занавѣсъ поднимается надъ послѣднимъ актомъ міровой трагедіи, которой названіе -- конецъ Оттоманской имперіи...
И невольно приходитъ на память сравненіе между современнымъ Константинополемъ и прежней Византіей. Тогда ждали "ихъ", были больше заняты послѣдней домашней ссорой "базилевса" съ его вѣнценосной супругой, или вчерашней дракой въ циркѣ, чѣмъ врагами, стоявшими у самыхъ воротъ столицы. Теперь ждутъ "они"... Черныя тучи собрались отовсюду на горизонтѣ, враги стоятъ у самыхъ воротъ. Но не о единодушной и дружной защитѣ родины думаютъ потомки гордыхъ побѣдителей Византіи! Какъ и много сотенъ лѣтъ тому назадъ, неизмѣнной осталась въ современномъ Константинополѣ все та же прежняя обстановка. Тогдашніе побѣдители рѣшаютъ поглощающіе всѣ ихъ мысли важные вопросы: какой великій визирь спихнетъ другого съ его кресла въ Высокой Портѣ и съумѣетъ ли, наконецъ, младотурецкій комитетъ расправиться со своими противниками изъ партіи "либеральнаго соглашенія"?.. Роли съ теченіемъ времени перемѣнились. Возможно, что вчерашніе побѣдители не сегодня-завтра окажутся въ подготовленной для нихъ исторіею новой роли побѣжденныхъ!..
"Вѣстникъ Европы", No 3, 1912