На улицахъ, темныхъ, грязныхъ и кривыхъ, въ непрерывно движущейся интернаціональной и пестрой толпѣ, шныряли мальчишки-разносчики, выкрикивая вечернія газеты. Сегодняшній день былъ знаменателенъ въ исторіи обновленной Турціи: вся парламентская оппозиція комитету "Union et Progrés", до сихъ поръ разрозненная и безсильная въ своихъ отдѣльныхъ выступленіяхъ, объединилась въ одну компактную массу, крѣпко спаянную общей ненавистью къ младотуркамъ. Сюда вошли и явные реакціонеры, и тѣ, кто называетъ себя въ Турціи либералами, и представители различныхъ нетурецкихъ національностей, не желающихъ отказываться ни отъ своей религіи, ни отъ своего историческаго прошлаго во имя нивеллирующихъ идей комитета. Не слѣдуетъ забывать, что въ послѣдней попыткѣ низверженнаго султана (въ апрѣлѣ 1909-го года) возстановить старый порядокъ вещей принимали участіе также и либеральные элементы, думавшіе впослѣдствіи обратить начавшееся противъ младотурокъ движенье въ свою пользу. Но армія тогда была еще на сторонѣ комитета; Абдулъ-Гамидъ проигралъ игру, отошли временно въ сторону и оппозиціонеры. Теперь вся прежняя исторія начинается сначала. Македонія глухо и грозно волнуется. Уже появились первые предвѣстники надвигающейся бури: болгарскія банды снова открыто выступаютъ съ оружіемъ въ рукахъ противъ турецкихъ гарнизоновъ. Кровавыя стычки повторяются почти каждый день въ различныхъ мѣстахъ Монастырскаго вилайета.
Албанія ждетъ выполненія обѣщанныхъ и не исполненныхъ реформъ. Но терпѣніе албанцевъ уже истощается. Триполитанія -- несомнѣнно разъ навсегда отрѣзанный ломоть. Война съ итальянцами поддерживается больше для "фасону" и, главнымъ образомъ, для возможнаго отдаленія непріятной минуты, когда, послѣ заключенія мира, нужно будетъ дать странѣ отчетъ о потерѣ еще новой части имперіи, вмѣстѣ съ Босніей и Герцеговиной являющейся своего рода memento more грозящаго Турціи окончательнаго развала, Раньше съ общественнымъ мнѣніемъ церемониться особенно не стали бы, но теперь, когда малѣйшая неудача комитета комментируется оппозиціей на всѣ лады и каждая критика правительственныхъ ошибокъ находитъ себѣ живѣйшій откликъ въ народныхъ массахъ -- по неволѣ приходится дѣйствовать очень осторожно. Прежняя дипломатія, безъ измѣненій доставшаяся по наслѣдству новому режиму, состояла исключительно въ системѣ выжиданія и лавированія среди постоянно сталкивающихся между собой въ Константинополѣ экономическихъ и политическихъ интересовъ различныхъ европейскихъ державъ. "Грызитесь другъ съ дружкой, невѣрныя собаки! -- усмѣхался себѣ въ бороду турецкій Высокопоставленный дипломатъ,-- а мы потомъ изъ вашей вражды извлечемъ для себя пользу!.." Но въ настоящій моментъ заинтересованныя въ турецкихъ дѣлахъ великія державы, пришли, повидимому, къ вполнѣ опредѣленному соглашенію. Былъ моментъ, когда хищно протянутые со всѣхъ сторонъ къ разлагающейся Турціи "бронированные кулаки" и просто цѣпкія руки, какъ будто въ нерѣшительности остановились. Къ всеобщему изумленію, "больной человѣкъ" неожиданно всталъ на ноги, "взялъ одръ свой" и бодрымъ, увѣреннымъ шагомъ направился къ выходу изъ безнадежнаго, казалось, историческаго тупика. Тогда невольно посторонились и дали ему дорогу обступившіе его со всѣхъ сторонъ европейскіе наслѣдники. Добыча могла, повидимому, ускользнуть изъ рукъ! Всѣ жившіе въ Турціи въ памятные дни провозглашенія конституціи говорятъ, что трудно повѣрить, до какой степени патріотическое воодушевленье охватило тогда все населеніе огромной Оттоманской имперіи, такой различной и пестрой въ безчисленныхъ своихъ частяхъ, вѣками насилія и религіозныхъ распрей раздѣленной на враждебные лагери. Но магическое слово "свобода" и связанныя съ нимъ надежды на новую и лучшую жизнь невольно увлекли всѣхъ, безъ различія религіи и соціальнаго положенія, къ совмѣстной и дружной работѣ. Перемѣна режима являлась тогда для Турціи единственной возможностью самосохраненія. Европа устала напрасно и безплодно ждать. На ревельскомъ свиданіи была рѣшена уже безъ участія заинтересованныхъ лицъ автономія Македоніи, и это послужило первымъ сигналомъ къ выступленію молодой Турціи противъ приведшей ее на край пропасти гамидовской политической системы. Изъ гостей, совѣта которыхъ иногда спрашиваютъ и къ помощи которыхъ всегда готовы обратиться, чужіе люди готовились окончательно перейти на положеніе фактическихъ хозяевъ страны. Турецкіе патріоты поняли грозившую опасность и своевременной операціей успѣли ее предотвратить. Но если самъ Абдулъ-Гамидъ и исчезъ за крѣпкими затворами уединенной салоникской виллы Аллатини, духъ его по прежнему витаетъ надъ обновленной Турціей въ политикѣ ея новыхъ вождей. Очутившись волею судьбы у высшей власти, младотурки немедленно смѣшали самихъ себя съ руководившей ими нѣкогда идеей. -- "Хуріетъ" (свобода) и конституція въ Турціи -- это мы! -- поспѣшили заявить авторы столь удачно совершившагося государственнаго переворота. Критика младотурецкаго комитета превратилась, такимъ образомъ, въ глазахъ правительства въ критику турецкаго освободительнаго движенія вообще. Въ интересахъ сохраненія и укрѣпленія новаго строя было запрещено разбирать дѣйствія вставшихъ во главѣ его лицъ. Создалась атмосфера "свободно развязанныхъ рукъ", внѣ всякаго общественнаго контроля. Ею сейчасъ же воспользовались всевозможные любители ловить рыбу въ мутной водѣ, принявшіеся подъ флагомъ якобы дальнѣйшаго развитія и укрѣпленія въ странѣ конституціонныхъ началъ, а также подъ предлогомъ борьбы съ реакціонерами, устраивать собственные свои дѣла. Постепенно всѣ искренніе и честные люди изъ прежняго состава младотурецкой партіи были вынуждены или отказаться отъ политики, не желая работать въ однихъ рядахъ съ нахлынувшими въ лагерь побѣдителей демагогами и темными дѣльцами, или же мало по малу встать въ открытую оппозицію комитету.
А людей-то какъ разъ и было очень мало у младотурокъ! Въ особенности -- людей государственныхъ. Вчерашніе телеграфисты, народные учителя и скромные, беззавѣтно преданные интересамъ родины армейскіе офицеры сегодня, подучивъ въ свое завѣдыванье огромный и сложный государственный аппаратъ, абсолютно не знали, что съ нимъ дѣлать? Волей-неволей пришлось обратиться за помощью къ искушеннымъ въ административной и дипломатической практикѣ перебѣжчикамъ отъ прежняго режима. Снова на самыхъ важныхъ и отвѣтственныхъ постахъ появились все тѣ же знакомыя гамидовскія физіономіи -- Хакки-паша... Кіамиль... Саидъ -- хитрые и опытные царедворцы, десятки лѣтъ служившіе Абдулъ-Гамиду и его капризамъ, теперь же ставшіе исполнителями предначертаній новыхъ хозяевъ положенія. И постепенно все пошло опять по старому; перемѣнились только этикетки.
Характернѣйшую картину "гамидовщины" въ обновленной Турціи представляетъ собой грозящій затянуться до безконечности процессъ по поводу убійства извѣстнаго въ Константинополѣ журналиста Зекки-бея. На скамьѣ подсудимыхъ Мустафа-Назимъ, братъ младотурецкаго депутата Дервишъ-бея, который ознаменовалъ свое первое появленіе въ залѣ парламентскихъ засѣданій тѣмъ, что далъ пощечину одному изъ лидеровъ оппозиціи, Измаилъ-Кемаиль-бею, глубокому старику, не имѣвшему съ нимъ никакихъ личныхъ счетовъ. Дервишъ-бей далъ эту пощечину, что называется, "принципіально"!..
Мустафа-Назимъ -- организаторъ преступленія. Фактическій выполнитель его -- черкесъ Ахметъ. Послѣдній на всѣ вопросы судей неизмѣнно отвѣчаетъ одно и то же: "Я ничего не знаю... Спросите Мустафу-Назима. Онъ вамъ скажетъ лучше меня!"
Зекки-бей, предательски убитый изъ-за угла, былъ редакторомъ оппозиціонной газеты "Cherah". Блестящій и глубокій знатокъ финансовыхъ вопросовъ, онъ все время велъ отчаянную борьбу съ политикой министра финансовъ Джавидъ-бея, постоянно дѣлая все новыя, документально основанныя разоблаченья по поводу хищеній въ министерствѣ. Получаемыя имъ угрожающія письма и "дружескіе совѣты" отъ близкихъ къ комитету лицъ не производили на него должнаго впечатлѣнія. Наконецъ Зекки-бей открылъ и опубликовалъ на страницахъ своей газеты всю закулисную сторону послѣдняго турецкаго займа, заключеннаго въ Германіи Джавидъ-беемъ. Оказалось, что заемъ былъ заключенъ на болѣе чѣмъ странныхъ условіяхъ: больше половины обозначенной въ договорѣ съ нѣмецкими финансистами суммы Турція была обязана вернуть обратно Германіи секретнымъ образомъ, въ видѣ ряда немедленныхъ правительственныхъ заказовъ для нуждъ арміи и флота различнымъ германскимъ фирмамъ, и кромѣ того "Deutsche Bank" въ Константинополѣ удерживалъ за собой часть таможенныхъ доходовъ въ качествѣ гарантіи уплаты долга. Посредники по заключенію займа получили баснословныя суммы "за комиссію". Вскорѣ послѣ этого разоблаченья на тайномъ засѣданіи комитета "Union et Progrés" Джавидъ-бею было предложено подать въ отставку и больше уже ни въ какомъ случаѣ не занимать никакихъ министерскихъ постовъ. Спустя нѣкоторое время Зекки-бей былъ убитъ.
Изъ показаній свидѣтелей выясняются многія детали внутренней жизни младотурецкихъ организацій. Прежде всего -- почти въ каждомъ мало-мальски значительномъ городѣ или мѣстечкѣ имѣется развѣтвленіе главнаго, засѣдающаго въ Салоникахъ комитета. При этихъ провинціальныхъ комитетахъ есть особыя "боевыя дружины", назначеніе которыхъ -- собиратъ съ мѣстнаго населенія "доброхотныя даянія" на патріотическія цѣли и устранять, по мѣрѣ надобности, нежелательныхъ комитету лицъ. Такъ напримѣръ, сидящій сейчасъ на скамьѣ подсудимыхъ черкесъ Ахметъ, въ качествѣ члена младотурецкой боевой дружины мѣстечка Серресъ, убилъ одного крестьянина. Преступленіе это, благодаря покровительству полиціи и высшихъ властей, осталось безнаказаннымъ.
Посредниками между отдѣльными комитетами обыкновенно служатъ особые "разъѣздные" офицеры. Такой офицеръ военной службой не занимается и состоитъ всецѣло въ распоряженіи комитета. Получаетъ онъ ежемѣсячно жалованье въ размѣрѣ отъ 30 до 50 турецкихъ фунтовъ (фунтъ = 23 франкамъ) и имѣетъ еще кромѣ того разные побочные доходы. Особенно прибыльнымъ является собираніе пожертвованій на усиленіе флота съ богатыхъ землевладѣльцевъ, преимущественно изъ бывшихъ сторонниковъ павшаго режима. Всѣ чиновники, состоящіе членами младотурецкой партіи, обязаны отдавать каждый мѣсяцъ 10 % своего жалованья на нужды комитета. На флотъ, особенно въ моментъ патріотическаго народнаго подъема послѣ объявленія конституціи, собраны большія деньги. Тогда давали всѣ, до несчастныхъ, зарабатывающихъ адской работой какихъ-нибудь 10--15 копеекъ въ день портовыхъ грузчиковъ включительно. Но флота покамѣстъ еще нѣтъ. Правда, куплено у Германіи нѣсколько предназначавшихся тамъ на сломъ за старостью и негодностью броненосцевъ; только заплатить за нихъ по восточной халатности позабыли. Теперь Германіей на нихъ наложено дружественное "veto", на случай если бы ихъ хотѣли пустить противъ итальянцевъ.-- "Сперва заплатите, а уже потомъ сможете распоряжаться нашими, покамѣстъ, кораблями противъ нашихъ же компаньоновъ по тройственному союзу",-- сказалъ великому визирю Саиду германскій посолъ въ Константинополѣ Маршаллъ фонъ-Биберштейнъ.
Допрашивать свидѣтелей по дѣлу Зекки-бея приходится съ большимъ трудомъ. Многіе упорно молчатъ или же дѣлаютъ заявленія вродѣ слѣдующаго:-- Уведите сперва отсюда подсудимыхъ -- тогда мы будемъ говорить...
-- Почему же вы не хотите говорить въ ихъ присутствіи?-- спрашиваетъ судья.