О литературныхъ достоинствахъ этого Ловельскаго Приношенія, не входя въ подробности того, что статьи писались этими дѣвушками послѣ долгой работы цѣлаго дня, я скажу только, что онѣ легко могутъ быть сравнены съ нѣкоторыми англійскими журналами {Журналъ приведенный у Диккенса носитъ названіе "English Annals".}. Пріятно найти, что многіе изъ разсказовъ говорятъ о фабрикахъ и о рабочихъ, что они внушаютъ самоотреченіе и довольство малымъ и учатъ хорошимъ правиламъ жизни. Всѣ произведенія дышатъ горячею любовью къ красотамъ природы.
Въ ловельскихъ библіотекахъ для чтенія мало найдется намековъ на щегольскія платья, выгодныя замужства, красивые дома и разсѣянную жизнь. Нѣкоторые найдутъ страннымъ, что въ подписяхъ этихъ статей стоятъ всегда красивыя имена, но это американскій обычай: здѣсь часто мѣняютъ дурныя имена на красивыя,-- это стоитъ или дешево, или даже ничего,-- и ни одно засѣданіе не обойдется безъ того, чтобы какая-нибудь Мэри-Анна не сдѣлалась Бевелиной и т. п.
Въ этомъ краткомъ отчетѣ о Ловелѣ и въ выраженіи того удовольствія, которое мнѣ доставила моя поѣздка туда, я старательно избѣгалъ сравненій тѣхъ фабрикъ съ нашими. Многія обстоятельства, развившіяся въ нашихъ мануфактурныхъ городахъ, не развились здѣсь; въ Ловелѣ нѣтъ фабричнаго населенія въ настоящемъ смыслѣ слова, ибо эти молодыя дѣвушки (часто дочери мелкихъ фермеровъ) иногда приходятъ сюда изъ другихъ штатовъ, остаются нѣсколько лѣтъ на фабрикѣ, а затѣмъ возвращаются домой.
Вечеромъ по той же дорогѣ я вернулся въ Бостонъ. Одинъ изъ пассажировъ старался изложить моему спутнику (разумѣется, не мнѣ) истинныя основанія, на которыхъ должны писаться путешествія по Америкѣ англичанами. Я представился спящимъ, но полузакрытыми глазами смотрѣлъ въ окно во все время пути и нашелъ достаточно развлеченія въ наблюденіи за огнемъ; утромъ его не было видно, а теперь онъ ярко блестѣлъ въ темнотѣ: мы ѣхали въ вихрѣ блестящихъ искръ, которыя кружились надъ нами, какъ хлопья огненнаго снѣга.
V.
Отъ Ворсестера до Нью-Йорка.
Ворсестеръ.-- Рѣка Коннектикутъ.-- Гартфордъ.-- Нью-Гавенъ.-- До Нью-Йорка.
Покинувъ Бостонъ въ субботу, 5-го февраля, послѣ полудня, мы поѣхали по другой желѣзной дорогѣ въ Ворсестеръ, хорошенькій городокъ Новой-Англіи, гдѣ мы помѣстились подъ гостепріимнымъ кровомъ губернатора штатовъ до понедѣльника утра.
Эти городки и города Новой-Англіи всего лучше характеризуютъ Америку и американцевъ. Хорошо содержимыхъ луговъ и лужаекъ здѣсь нѣтъ, а трава сравнительно съ нашими пастбищами тучна, сочна и дика; но здѣсь въ изобиліи можно найти отлогія покатости, холмы, окруженныя лѣсомъ долины и прозрачные ручьи. Въ каждой небольшой колоніи есть церковь и школа, выглядывающія между бѣлыми крышами домовъ и тѣнистыми деревьями. Рѣзкій сухой вѣтеръ и легкій морозъ сдѣлали дорогу до того твердой, что казалось мы ѣдемъ по граниту. Всѣ предметы, разумѣется, носили отпечатокъ новизны. Всѣ строенія имѣли видъ выстроенныхъ и разрисованныхъ въ это самое утро. Въ ясномъ вечернемъ воздухѣ каждая рѣзкая черта кажется еще рѣзче. Cтроенія были, по обыкновенію, легкія и красивыя; казалось, можно было видѣть все сквозь эти деревянныя жилища, позади которыхъ садилось вечернее солнце; думалось, что у жителей не могло быть никакихъ тайнъ, которыя можно бы было скрыть отъ людскаго любопытства. Свѣтлые огоньки въ домахъ, видимые черезъ незавѣшенныя окна, казалось только-что сейчасъ были зажжены. Все было свѣтло и ново въ этомъ тихомъ, чистенькомъ городкѣ. На другое утро, когда солнце было ярко и колокола весело звонили, а горожане въ своихъ лучшихъ платьяхъ шли въ церковь, въ городѣ царило хорошее, праздничное спокойствіе, которое было особенно пріятно чувствовать послѣ бурнаго океана и шума большаго города.
Мы поѣхали на слѣдующее утро опять по желѣзной дорогѣ въ Спрингфильдъ, а оттуда собирались проѣхать въ Гартфордъ. Разстояніе между ними всего двадцать пять миль, но въ это время года дорога была такъ плоха, что путешествіе это взяло бы часовъ десять или двѣнадцать. Къ счастью нашему, зима эта была удивительно тепла, а потому и водяное сообщеніе открыто, то-есть рѣка Коннектикутъ не замерзла. Капитанъ маленькаго парохода, который въ этотъ день собирался совершить свою первую поѣздку въ этомъ году (вторую поѣздку въ февралѣ на памяти людей, я думаю), предложилъ намъ мѣста на своемъ пароходцѣ и только ожидалъ нашего пріѣзда, чтобы тронуться.