Кингстонъ въ настоящее время составляетъ резиденцію правительства Канады. Это очень бѣдный городокъ, который выглядитъ еще бѣднѣе и несчастнѣе вслѣдствіе недавно случившагося въ немъ большаго пожара. О Кингстонѣ можно сказать, что половина его сгорѣла, а половина еще не отстроена. Лучшій домъ здѣсь -- законодательный корпусъ, но и онъ не отличается ни красотой, ни удобствомъ.
Здѣсь есть превосходная тюрьма, которая умно управляется и во всѣхъ отношеніяхъ прекрасно устроена. Арестантовъ здѣсь употребляютъ какъ башмачниковъ, веревочниковъ, кузнецовъ, портныхъ, плотниковъ и каменотесовъ; они же строятъ и новую тюрьму, которая почти уже окончена. Арестанты занимаются здѣсь рукодѣльемъ. Между послѣдними уже три года какъ находилась дѣвушка лѣтъ двадцати замѣчательной красоты. Она передавала секретныя извѣстія мнимымъ патріотамъ на Нью-Айландѣ во время канадскаго возстанія: иногда, въ одеждѣ дѣвушки, она прятала эти письма за корсетъ, иногда, одѣтая мальчикомъ, она зашивала ихъ въ подкладку своей шляпы. Въ послѣднемъ случаѣ она исполняла данныя порученія всегда верхомъ, сидя на лошади по-мужски, что для нея ничего не значило, такъ какъ она могла справиться съ самымъ горячимъ конемъ и, съ бичомъ въ рукахъ, была въ состояніи управлять цѣлою четверней дикихъ лошадей. Отправляясь однажды по одному такому тайному порученію, она воспользовалась первою попавшеюся ей подъ руку лошадью, за что и попала сюда. У нея было прелестное личико, хотя, по данному очерку ея жизни, читателю и не трудно угадать, что въ глазахъ ея, глядѣвшихъ изъ-подъ густыхъ рѣсницъ, сквозь чугунную рѣшетку тюрьмы, по временамъ вспыхивалъ загадочный огонекъ.
Въ городѣ существуетъ хорошо укрѣпленная крѣпость, занимающая очень выгодное положеніе и, безъ сомнѣнія, способная къ хорошей защитѣ въ случаѣ нападенія непріятеля, хотя, конечно, благодаря близости границы, она и не въ состояніи выдержать продолжительной осады. Есть здѣсь также и небольшое адмиралтейство, гдѣ съ успѣхомъ строятся, но не въ большомъ количествѣ, казенные корабли.
Десятаго мая, въ половинѣ девятаго утра, мы отправились изъ Кингстона въ Монреаль по рѣкѣ Святаго Лаврентія. Красоту этой рѣки и особенно при ея началѣ, гдѣ она извивается между тысячами острововъ, едва можно себѣ представить. Безконечная вереница этихъ чудныхъ острововъ вся покрыта роскошною растительностью и дѣвственными лѣсами. Величина острововъ неодинакова: нѣкоторые изъ нихъ такъ велики, что ихъ легко принять за противоположный берегъ рѣки, другіе составляютъ лишь едва замѣтныя пятнышки въ ея широкомъ руслѣ. Формы и наружность ихъ также весьма различны. Деревья ихъ покрывающія представляютъ не меньшее разнообразіе: то стволы ихъ живописно изогнуты, то вершины ихъ стройно стремятся въ вышину, и все это вмѣстѣ составляетъ удивительно красивую, веселую и занимательную картину.
Послѣ полудня намъ пришлось пересѣкать стремнины, гдѣ рѣка кипѣла и клокотала и гдѣ сила теченія была и изумительна, и ужасна. Къ семи часамъ мы доѣхали до Диккенсоновой высадки, гдѣ путешественники принуждены пересаживаться часа на три пути въ дилижансы, потому что быстрина теченія въ этомъ мѣстѣ до того усиливается, что пароходъ не въ состояніи идти дальше. Многочисленность и продолжительность дурныхъ мѣстъ дороги, гдѣ приходится ѣхать очень медленно, дѣлаетъ путь между Кингстономъ и Монреалемъ очень утомительнымъ.
Дорога наша шла по нерасчищенной мѣстности въ недалекомъ разстояніи отъ рѣки. Проѣзжая, мы могли видѣть блестящіе опасные водовороты рѣки Св. Лаврентія. Ночь была темная и сырая,-- путешествіе довольно скучное. Уже пробило десять часовъ, когда мы добрались до гавани, гдѣ стоялъ пароходъ, на которомъ намъ предстояло продолжать путь. Мы тотчасъ же заняли мѣста и улеглись спать.
Пароходъ простоялъ здѣсь всю ночь и тронулся только съ разсвѣтомъ. Утромъ была гроза, лилъ дождь и гремѣлъ громъ, но позднѣе погода разгулялась. Выйдя послѣ завтрака на палубу, я былъ страшно удивленъ тѣмъ, что представилось моимъ взорамъ: внизъ по теченію рѣки плылъ гигантскій плотъ, на которомъ стояло отъ тридцати до сорока деревянныхъ домовъ и по крайней мѣрѣ столько же мачтъ съ флагами; плотъ этотъ со всѣмъ, что на немъ находилось, походилъ на пловучую морскую улицу. Позднѣе я встрѣчалъ много такихъ плотовъ, но ни разу не случалось мнѣ видѣть вторично плотъ такой громадной величины. Весь строевой лѣсъ такимъ точно образомъ сплавляется по рѣкѣ Св. Лаврентія. Когда плотъ доходитъ до мѣста своего назначенія, его ломаютъ, матеріалъ, изъ котораго онъ сдѣланъ, распродаютъ, а погонщики, прибывшіе съ нимъ, снова ѣдутъ назадъ за новымъ грузомъ.
Въ восемь часовъ вечера съ парохода мы опять пересѣли въ дилижансы и часа, четыре ѣхали по хорошо воздѣланной и совершенно французской во всѣхъ отношеніяхъ мѣстности: и во внѣшнемъ видѣ домиковъ, и въ наружности, говорѣ и платьѣ крестьянъ, и въ вывѣскахъ надъ тавернами и лавками, и въ образахъ Богоматери, и въ крестахъ по дорогѣ. На каждомъ встрѣчномъ рабочемъ, на каждомъ мальчикѣ, несмотря на бѣдную одежду и босыя ноги, тѣмъ не менѣе былъ надѣтъ поясъ изъ какой-нибудь яркой матеріи, большею частію красной; всѣ же женщины отъ первой до послѣдней, работавшія на огородахъ и въ поляхъ, были въ соломенныхъ шляпахъ съ широкими полями. На улицахъ деревень дамъ встрѣчались католическіе патеры и сестры милосердія, а изображенія Спасителя виднѣлись на каждомъ перекресткѣ. Въ полдень мы сѣли на пароходъ и къ тремъ часамъ доѣхали до селенія Лочинъ, лежащаго миль девять отъ Монреаля. Отсюда мы опять должны были ѣхать сухимъ путемъ.
Монреаль красиво раскинутъ на берегу р. Св. Лаврентія и окруженъ красивыми холмами, которые составляютъ пріятныя мѣста для прогулокъ и катаній городскихъ жителей. Какъ въ большей части французскихъ городовъ всѣхъ временъ, улицы здѣсь узки и неправильны, но въ новѣйшей части города однако онѣ широки и просторны. Всюду на улицахъ видны прекрасные магазины и въ самомъ городѣ и его предмѣстьяхъ нѣтъ недостатка въ превосходныхъ частныхъ домахъ. Здѣшняя большая гранитная набережная представляетъ образецъ не только красоты, но и прочности.
Недавно здѣсь построили огромный католическій соборъ съ двумя высокими башнями, изъ которыхъ одна еще не окончена. На открытомъ дворѣ передъ зданіемъ стоитъ одинокая мрачная кирпичная башня; видъ ея замѣчательно страненъ, а мѣстные мнимые мудрецы уже рѣшили немедленно разрушить и снести ее. Правительственныя мѣста много лучше кингстонскихъ, а городъ кипитъ дѣятельностью и оживленіемъ. Въ одномъ изъ предмѣстій Монреаля тянется на нѣсколько миль выложенная каменными плитами дорога не для однихъ пѣшеходовъ, но и для ѣзды, и дѣйствительно эта дорога образцовая. Катанье по окрестностямъ города вдвойнѣ занимательно съ наступленіемъ весны, которая здѣсь удивительно скоротечна,-- едва пройдетъ одинъ день послѣ того, какъ стаетъ снѣгъ, и уже наступаетъ цвѣтущее лѣто.