-- Мое имя, сэръ, за исключеніемъ нумера. Нумеръ выставленъ только для прачки и не имѣетъ ничего общаго ни со мною, ни съ моей фамиліей... А вы, сэръ, если не ошибаюсь, мистеръ Честеръ?-- продолжалъ Тэппертейтъ, бросивъ быстрый взглядъ на колпакъ джентльмена.-- Не трудитесь снимать вашъ колпакъ, я вижу и отсюда буквы К. Ч.,-- остальное подразумѣваегся само собою.
-- Позвольте спросить васъ, мистеръ Тэппертейтъ, имѣетъ ли какую-нибудь связь съ нашимъ разговоромъ этотъ замокъ, который вамъ угодно было принести съ собою?
-- Нѣтъ, сэръ,-- отвѣчалъ подмастерье:-- замокъ этотъ назначенъ въ воротамъ одной кладовой Темсъ-Стрита.
-- Въ такомъ случаѣ,-- возразилъ мистеръ Честеръ:-- вы меня очень бы одолжили, еслибъ вынесли его за дверь; отъ него сильно пахнетъ деревяннымъ масломъ, а я не имѣю привычки парфюмировать такими духами свою спальню.
-- Съ удовольствіемъ исполню ваше желаніе, сэръ,-- отвѣчалъ Тэппертейтъ и вынесъ за дверь замокъ.
-- Вы, конечно, простите, мистеръ, мою откровенность,-- сказалъ Честеръ вѣжливо.
-- Безъ извиненій, прошу васъ, сэръ... Теперь, если позволите, обратимся къ дѣлу.
Во все продолженіе этого разговора, ласковаи и привѣтливая улыбка не оставляла лица Честера; тонъ его былъ чрезвычайно вѣжливъ, и мистеръ Тэппертейтъ, думавшій о себѣ очень много, относилъ все это къ тому уваженію, которое онъ внушалъ джентльмену своею особою.
-- По тому, что происходитъ у насъ въ домѣ,-- сказалъ мистеръ Тэппертейтъ: -- замѣчаю я, сэръ, что сынъ вашъ, противъ вашей воли, находится въ сношеніяхъ и въ связи съ одною дѣвицею... Сынъ вашъ очень дурно поступилъ со мною.
-- Мистеръ Тэппертейтъ!-- воскликнулъ Честеръ,-- Вы очень огорчаете меня этимъ.