-- Все,-- отвѣчалъ Гогъ также тихо.-- Они теперь разсѣваются... ужъ начали, когда я пошелъ сюда.
-- Такъ мы теперь на просторѣ?
-- На просторѣ,-- сказалъ Гогъ.-- Посмотрѣлъ бы я, кто нынѣшнюю ночь схватится съ нашими ребятами, когда они тамъ увидѣли, что они могутъ дѣлать. А у кого есть выпить?
Всякій захватилъ съ собою какую-нибудь поживу изъ погреба; тотчасъ явилось нѣсколько плетеныхъ фляжекъ и бутылокъ. Онъ выбралъ себѣ самую большую, приставилъ ее ко рту и выцѣдилъ вино въ горло. Опорожнивъ, онъ бросилъ ее прочь и протянулъ руку за другою, которую также выпилъ однимъ разомъ. Подана еще третья, и этой онъ выпилъ половину. Остатокъ отложилъ онъ про запасъ и спросилъ:
-- Нѣтъ ли у кого изъ васъ закусить? Я голоденъ, какъ волкъ зимою. Кто изъ васъ былъ въ кладовой? Ну!
-- Я, братецъ,-- сказалъ Денни, снимая шляпу и копаясь въ ней.-- Тутъ гдѣ-то есть кусокъ холоднаго пирога съ дичью, если хочешь.
-- Хочу ли!-- воскликнулъ Гогъ, сѣвъ на тропинку.-- Давай только! Проворнѣе! Посвѣтите-ка, да станьте вокругъ! Я хочу поужинать въ полномъ парадѣ, ребята. Ха, ха, ха!
Они исполнили его сумасбродный капризъ -- потому что всѣ глубоко заглянули въ стаканы и сдѣлались такими же бѣшеными, какъ онъ,-- и столпились вкругъ него, а двое съ факелами стали, одинъ по правую, другой по лѣвую его сторону, чтобъ ему не темно было пировать. Мистеръ Денни, которому, между тѣмъ, удалось отлѣпить отъ дна шляпы большой кусокъ паштета, который такъ приплюснулся тамъ, что насилу можно было вытащить, подалъ его ему; Гогъ схватилъ у одного изъ окружающихъ зазубренный, ржавый ножъ и напалъ на пирогъ всѣми силами.
-- Посовѣтовалъ бы я тебѣ каждый день глотать понемножку огня, братецъ, за часъ до обѣда,-- сказалъ Денни, послѣ нѣкоторой паузы.-- Это тебѣ, кажется, здорово и придастъ хорошій аппетитъ.
Гогъ посмотрѣлъ на него, потомъ взглянулъ на закоптѣлыя рожи товарищей, помолчалъ съ минуту, взмахнулъ ножомъ надъ головою и отвѣчалъ громкимъ хохотомъ.