Послѣднее замѣчаніе относилось прямо къ смущенію Джоя Уиллита, который всталъ и накинулъ плащъ, чтобъ выйти съ короткимъ отвѣтомъ, что не можетъ дать отвѣта на предложенный вопросъ. Молодой джентльменъ подозвалъ Джоя, далъ ему монету для расплаты за то, что выпилъ, и неспѣшно вышелъ въ сопровожденіи молодого Уиллита, свѣтившаго ему до самаго подъѣзда.
Между тѣмъ, какъ Джой былъ на дворѣ, старый Уиллитъ и три товарища его курили трубки, важно, торжественно, въ глубочайшемъ молчаніи; но глаза каждаго изъ нихъ были устремлены на огромный мѣдный котелъ, висѣвшій надъ огнемъ. Спустя нѣсколько времени, Джонъ Уиллитъ медленно потрясъ головой; затѣмъ и пріятели его медленно потрясли головами; но ни одинъ не отвратилъ взглядовъ отъ котла и нисколько не измѣнилъ торжествующаго выраженія своей физіономіи.
Наконецъ возвратился Джой въ весьма разговорчивомъ и миролюбивомъ расположеніи духа, какъ будто сильно предчувствовалъ, что его побранятъ скоро.
-- Странная вещь любовь!-- сказалъ онъ, придвинувъ къ огню стулъ, и оглянулся кругомъ, ища себѣ слушателей.-- Теперь онъ ушелъ въ Лондонъ; всю длинную дорогу въ Лондонъ хочетъ онъ пройти пѣшкомъ. Лошадь его, захромавшая отъ ѣзды въ это проклятое послѣ-обѣда, еще о сю пору лежитъ очень спокойно на соломѣ въ конюшнѣ, и онъ отказывается отъ хорошаго, теплаго ужина и превосходной постели нашей, потому что миссъ Гэрдаль отправилась въ городъ на балъ, а онъ рѣшился непремѣнно видѣть се! Думаю, я не былъ бы способенъ на это, какъ она ни будь тамъ хороша -- да и что жъ мнѣ? Вѣдь я не влюбленъ,-- по крайней мѣрѣ не думаю, чтобъ былъ влюбленъ...
-- А онъ влюбленъ?-- Спросилъ незнакомецъ.
-- Да на порядкахъ!-- отвѣчалъ Джой.-- Онъ никогда не будетъ болѣе, а могъ бы быть гораздо менѣе влюбленъ.
-- Молчи!-- закричалъ отецъ Джою.
-- Какой вы чудакъ, Джой!-- сказалъ долговязый Паркесъ.
-- Такой безразсудный мальчишка!-- проворчалъ Томъ Коббь.
-- Можно ли соваться впередъ и выворачивать родному отцу носъ изъ лица!-- воскликнулъ метафорически звонарь.