— Бѣдняга! — говорила эта лэди такъ же отрывисто, какъ и сестра:- онъ никому не врагъ, какъ только самому себѣ!
— Было бы умнѣе быть врагомъ кого-нибудь другого, — отвѣчалъ джентльменъ.
— Кузенъ Джонъ, — замѣтила другая лэди:- мы должны любить ближняго.
— Сара Покетъ, — возразилъ кузенъ Джонъ:- если человѣкъ самому себѣ не ближній, то кто же ему ближній?
Миссъ Покетъ засмѣялась, и Камилла засмѣялась и сказала подавляя зѣвокъ:
— Вотъ что выдумали!
Но мнѣ показалось, что они находятъ выдумку хорошей! Третья лэди, которая еще не говорила ни слова, произнесла важно и напыщенно:
— Вполнѣ вѣрно!
— Бѣдняга! — продолжала Камилла (и всѣ они, какъ я чувствовалъ, глядѣли все время на меня):- онъ такой странный! Повѣритъ ли кто, что, когда умерла жена Тома, онъ не могъ понять, что необходимы плерезы для траура дѣтей? «Боже мой!» говорилъ онъ, «Камилла, не всели это равно, разъ бѣдняжки одѣты въ черное?» Каковъ нашъ Матью! Вотъ что выдумали!
— Онъ добрый человѣкъ, — замѣтилъ кузенъ Джонъ:- Боже сохрани, чтобы я сталъ отрицать, что онъ добрый человѣкъ; но онъ никогда, никогда не пойметъ, что такое приличія.