-- Эта... эта собака, папа, изъ Брайтона.
-- А!-- воскликнулъ мистеръ Домби, и Флоренса замѣтила, что онъ поблѣднѣлъ.
Облако грусти пробѣжало по его лицу.
-- Она очень смирна,-- сказала Флоренса, обращаясь къ дамамъ: -- это она только такъ ужъ очень обрадовалась мнѣ.
Тутъ она увидала, что вскрикнувшая дама была старуха, а другая, стоявшая около мистера Домби, была молода и прекрасна.
-- Эдиѳь,-- сказалъ ей мистеръ Домби,-- вотъ моя дочь Флоренса! Флоренса, эта леди скоро будетъ твоей матерью!
Флоренса задрожала; она почувствовала, какъ у нея темнѣетъ въ глазахъ, подкашиваются ноги; черезъ нѣсколько секундъ она бросилась на грудь будущей матери и, заливаясь слезами, воскликнула:
-- О, папа, будьте счастливы! Всю жизнь будьте счастливы, милый папа!
Прекрасная леди, сначала не рѣшавшаяся даже подойти къ Флоренсѣ, держала теперь ее въ объятіяхъ и крѣпко пожимала ея руку, будто хотѣла утѣшить и успокоить ее. Она склонила голову къ ея волосамъ, цѣловала ея заплаканные глаза и долго не говорила ни слова.
Наконецъ она тихо проговорила: