-- Мама, милая мама, въ васъ есть какая-то перемѣна, которой я не понимаю, но которая сильно тревожитъ меня! Позвольте мнѣ быть съ вами!-- упрашивала ее со слезами Флоренса.
-- Нѣтъ, нѣтъ, Флоренса, мнѣ гораздо лучше одной. Прости меня, Флоренса, но я не могу быть съ тобой,-- торопливо, не глядя на нее, говорила Эдиѳь и уходила къ себѣ въ комнату.
-- По крайней мѣрѣ мы не разстанемся, мама?
-- Я для того это и дѣлаю, чтобы не раастаться съ тобою, Флоренса! Не спрашивай больше. Ступай, моя радость, ступай!
И она торопливо крѣпко прижимала ее къ своей груди, цѣловала и гнала прочь отъ себя.
Какъ страдала Флоренса! Она не знала, что ночью, когда она спала крѣпкимъ сномъ, Эдиѳь прокрадывалась въ ея спальню и, склонясь съ любовью надъ нею, долго глядѣла на нее и тихо шептала;, "Прощай, мой ангелъ!"
Приближался день, когда ея отецъ и мать должны были праздновать вторую годовщину своей свадьбы. Первая годовщина женитьбы отца на Эдиѳи не праздновалась, такъ какъ въ это время внезапно заболѣла мать Эдиѳи, которая потомъ вскорѣ и умерла. Мистеръ Домби очень заботился о томъ, чтобы никому не была извѣстна ихъ распря, а потому этотъ день онъ рѣшился отпраздновать какъ можно богаче и пышнѣе. Наканунѣ за обѣдомъ онъ сказалъ женѣ при Флоренсѣ и при мистерѣ Каркерѣ:
-- Я полагаю, что мистрисъ Домби знаетъ, что завтра у насъ будутъ гости?
-- Я не обѣдаю завтра дома,-- отвѣчала Эдиѳь.
Но мистеръ Домби сдѣлалъ видъ, что не слыхалъ ея и продолжалъ говорить: