Въ субботу вечеромъ пріѣзжалъ мистеръ Домби, и Флоренса съ Павломъ должны были отправляться къ нему въ гостиницу пить чай. Они оставались у него все воскресенье и обыкновенно выѣзжали вмѣстѣ съ отцомъ послѣ обѣда гулять. Маленькая миссъ Панкей тоже уѣзжала по праздникамъ къ теткѣ и возвращалась всегда въ самой глубокой печали, съ заплаканными глазами,-- такъ тошно ей было возвращаться сюда,-- а другой воспитанникъ, Битерстонъ, всѣ родные котораго жили далеко-далеко въ Индіи, долженъ былъ оставаться одинъ на съѣденіе мистрисъ Пипчинъ, и она такъ ужъ досадила бѣдному мальчику, что онъ не шутя задумалъ убѣжать къ роднымъ въ далекую Индію и разъ какъ-то въ субботу озадачилъ Флоренсу вопросомъ, не можетъ ли она указать ему дорогу въ Индію.
По вечерамъ Павелъ любилъ сидѣть у камина въ своемъ высокомъ креслѣ, которое привезли сюда, и по цѣлымъ часамъ иногда онъ разсматривалъ лицо почтенной мистрисъ Пипчинъ. Онъ не любилъ и не боялся ея, но ея лицо и весь ея видъ казалась ему необыкновенно странными и любопытными. И вотъ онъ сидѣлъ и смотрѣлъ на нее по цѣлымъ вечерамъ, грѣлъ руки и опять поднималъ на нее глаза, смотрѣлъ такъ долго, что иной разъ даже мистрисъ Пипчинъ смущалась и не знала, куда дѣвать глаза.
Одинъ разъ, когда они осталась одни, мистрисъ Пипчинъ спросила вдругъ Павла, о чемъ онъ думаетъ.
-- О васъ,-- отвѣчалъ мальчикъ, нисколько не смутившись.
-- Что же ты думаешь обо мнѣ, мой милый?
-- Я думаю, что вы, должно быть, ужъ очень стары,-- сказалъ Павелъ.-- Сколько вамъ лѣтъ?
-- Объ этомъ ты не долженъ никогда спрашивать!-- сердито отвѣчала почтенная дама, озадаченная этимъ вопросомъ, потому что любила помолодиться.
-- Почему я не долженъ объ этомъ спрашивать?-- спросилъ Павелъ.
-- Потому что это неучтиво,-- досадливо замѣтила мистрисъ Пиичинъ.
-- Неучтиво?