-- По всей вѣроятности, -- замѣтила тетушка, поглядывая на меня такъ же зорко, какъ она только-что смотрѣла въ ушко иголки, когда вдѣвала въ нее нитку,-- тебя удивляетъ, что у мистера Дика такое короткое имя?
Я подтвердилъ это предположеніе.
-- Пожалуйста, не воображай, что у него нѣтъ фамиліи,-- продолжала нѣсколько высокомѣрно тетушка;-- фамилія этого джентльмэна -- Баблей; мистеръ Ричардъ Баблей,-- вотъ какъ онъ именуется.
Я уже собирался извиниться, что по незнанію и неопытности позволилъ себѣ называть этого джентльмэна такимъ фамильярнымъ именемъ, какъ тетушка заявила далѣе:
-- Но ни въ какомъ случаѣ ты не долженъ называть его настоящимъ именемъ; онъ ненавидитъ свою фамилію; это, можетъ быть, его маленькая странность, хотя и весьма понятная, если знать, до какой степени его измучили близкіе родственники, носящіе одинаковую съ нимъ фамилію. Здѣсь онъ извѣстенъ подъ именемъ м-ра Дика и такъ его надо называть всегда.
Я обѣщалъ буквально исполнить желаніе тетушки и пошелъ наверхъ, чтобы передать порученіе тетушки, размышляя о томъ, что если м-ръ Дикъ все это время такъ же дѣятельно былъ занятъ своею рукописью, какъ въ то время, когда я сходилъ внизъ и видѣлъ, его за письменнымъ столомъ черезъ открытую дверь, то, судя по этому, онъ долженъ былъ очень подвинуться со своею рукописью.
При входѣ въ его комнату я увидалъ его по прежнему сидящимъ за рукописью, вооруженнымъ длиннѣйшимъ гусинымъ перомъ, опустивъ голову почти къ самой бумагѣ. Онъ былъ такъ погруженъ въ свою работу, что я имѣлъ достаточно времени оглядѣться кругомъ, прежде чѣмъ онъ обратилъ вниманіе на мой приходъ. Въ углу его комнаты стоялъ громадный бумажный змѣй и повсюду валялись цѣлые вороха исписанной бумаги; на столѣ лежало множество перьевъ и стояло безчисленное количество банокъ съ чернилами.
-- Ага! Юный Фебъ!-- привѣтствовалъ меня м-ръ Дикъ, отложивъ въ сторону свое перо.-- Что дѣлается хорошенькаго на бѣломъ свѣтѣ? Послушай, вотъ что я тебѣ скажу,-- продолжалъ онъ, понизивъ голосъ:-- я вообще не распространяюсь объ этомъ, но... тутъ м-ръ Дикъ приложилъ ротъ къ самому моему уху: -- Этотъ міръ -- міръ сумасшедшихъ! Тутъ всѣ спятили съума! Да -- это настоящій Бедламъ {Бедламъ -- домъ умалишенныхъ въ Лондонѣ.}, да и только!-- тутъ м-ръ Дикъ принялся нюхать табакъ и залился громкимъ смѣхомъ.
Когда я передалъ м-ру Дику порученіе тетушки, онъ отвѣтилъ:
-- Передай отъ меня почтеніе твоей тетушкѣ и скажи, что я положилъ хорошее начало дѣлу. Да, я могу положительно сказать, что начало удовлетворительное,-- продолжалъ онъ, проведя рукой по сѣдымъ волосамъ и бросая, однако, далеко неувѣренный взглядъ на свою рукопись.-- Ахъ, да, скажи-ка, ты, вѣдь, учился въ школѣ?-- обратился онъ, вдругъ ко мнѣ.