Змѣй былъ весь склеенъ изъ мелко и четко исписанныхъ листовъ рукописи. Бросивъ взглядъ на эти листы, мнѣ показалось, что на нѣкоторыхъ изъ нихъ были занесены замѣтки о казни Карла І-го.
-- Къ этому змѣю привязана у меня длинная веревка,-- пояснилъ м-ръ Дикъ,-- поэтому онъ поднимается очень высоко въ воздухѣ и такимъ образомъ факты, занесенные въ рукописяхъ, которыми онъ оклеенъ, распространяются повсюду; этотъ способъ распространенія фактовъ изобрѣтенъ мною. Правда, никогда не знаешь напередъ, гдѣ можетъ спуститься змѣй; это зависитъ отъ различныхъ обстоятельствъ -- отъ направленія вѣтра и т. д., но я съ этимъ мирюсь и предоставляю все случаю.
Говоря это, выраженіе лица м-ра Дика было въ высшей степени добродушное и въ тоже время полное достоинства, но я былъ не вполнѣ увѣренъ, не потѣшается-ли онъ на мой счетъ. Поэтому я засмѣялся и мы разстались самыми лучшими друзьями.
-- Ну, что же,-- спросила тетушка, когда я спустился внизъ;-- какъ поживаетъ сегодня м-ръ Дикъ?
Я передалъ ей почтительный его привѣтъ и увѣреніе, что онъ успѣшно двигается впередъ съ рукописью.
-- Но какъ онъ тебѣ показался; какого ты мнѣнія о немъ?-- допрашивала меня тетушка.
Во мнѣ бродило смутное намѣреніе обойти этотъ вопросъ какимъ-нибудь неопредѣленнымъ отвѣтомъ, но отдѣлаться отъ тетушки было не такъ-то легко. Она опустила свою работу на колѣни и сказала:
-- Отвѣчай мнѣ откровенно; я хочу знать правду.
-- Я бы хотѣлъ у васъ спросить,-- запинаясь сказалъ я, чувствуя, что становлюсь въ опасное положеніе;-- самъ я не смѣю судить, но хотѣлъ бы спросить, совсѣмъ-ли онъ въ своемъ умѣ?
-- Какъ нельзя болѣе,-- отвѣчала тетушка.