-- Не остаться на этомъ мѣстѣ, Робъ! воскликнула мать, между-тѣмъ, какъ мистеръ Тудль вытаращилъ глаза.
-- Но на этомъ мѣстѣ, можетъ-быть, возразилъ подмигивая Точильщикъ.-- Ничего нѣтъ мудренаго... друзья при дворѣ, знаешь... но не заботься, мать. Все ладно!
Въ этихъ намекахъ и въ таинственности Точильщика было столько неосторожныхъ доказательствъ недостатка, о которомъ говорилъ его отецъ при самомъ началѣ, что ему бы опять пришлось обижаться, а семейству его визжать; но, къ счастію всѣхъ, показалась въ ту. самую минуту въ дверяхъ посѣтительница, которой появленіе изумило Полли до н е льзя, и которая улыбалась всѣмъ присутствующимъ съ видомъ ласковаго покровительства.
-- Каково поживаете, мистриссъ Ричардсъ? сказала миссъ Токсь.
-- Я пришла къ вамъ въ гости. Можно войдти?
Доброе лицо Полли засіяло гостепріимнымъ отвѣтомъ, и миссъ Токсъ, принявъ, поданный ей стулъ и поздоровавшись благосклонно съ мистеромъ Тудлемъ, развязала ленты своей шляпки и сказала, что, во-первыхъ, она должна просить милыхъ дѣтей, отъ перваго до послѣдняго, прійдти и поцаловать ее.
Второй Тудль съ конца, родившійся, по-видимому, подъ вліяніемъ злополучной планеты, не могъ принять законнаго участія въ томъ всеобщемъ цалованіи: онъ, забавляясь "зюдвесткою" Роба, надѣлъ ее задомъ напередъ и надвинулъ себѣ на голову до того, что никакъ не могъ снять; случай этотъ, представляя его испуганному воображенію печальную картину того, какъ онъ проживетъ остатокъ дней своихъ во мракѣ и въ безнадежной разлукѣ съ друзьями и родными, заставилъ его отчаянно барахтаться и испускать задушенные крики. Когда его высвободили, то нашли, что лицо его было очень-разгорячено, красно и влажно; миссъ Токсъ посадила его къ себѣ на колѣни, сильно утомленнаго.
-- Вы, я думаю, почти забыли меня? сказала миссъ Токсъ ласково мистеру Тудлю.
-- Нѣтъ, мэмъ, нѣтъ, возразилъ тотъ.-- Но всѣ мы стали съ того времени немножко-постарѣе.
-- А какъ вы поживаете, сэръ?