Чтобы человѣкъ могъ, при какихъ бы то ни было обстоятельствахъ, сожалѣть о томъ, что былъ отличенъ снисходительностью и покровительствомъ мистера Домби -- это казалось послѣднему нравственнымъ Феноменомъ, котораго онъ не могъ понять. Поэтому онъ и возразилъ съ чувствомъ собственнаго достоинства:-- Въсамомъ-дѣлѣ! Отъ-чего же это, Каркеръ?
-- Я боюсь, отвѣчалъ повѣренный:-- что мистриссъ Домби, никогда неимѣвшая ко мнѣ расположенія (человѣкъ, подобный мнѣ, не могъ и ожидать расположенія отъ дамы, гордой отъ природы, и которой такъ идетъ гордость], не проститъ мнѣ моего присутствія при этомъ разговорѣ. Вспомните, что ваше неудовольствіе не бездѣлица; а испытать его передъ третьимъ лицомъ...
-- Каркеръ! сказалъ мистеръ Домби съ досадою:-- мнѣ кажется, что прежде всего должно думать обо мнѣ.
-- О, развѣ въ этомъ есть какое-нибудь сомнѣніе! отвѣчалъ мистеръ Каркеръ съ нетерпѣніемъ человѣка, приводящаго положительный и неоспоримый Фактъ.
-- Мнѣ кажется, мистриссъ Домби остается на второмъ планѣ, когда дѣло идетъ о насъ обоихъ, сказалъ мистеръ Домби: -- такъ ли?
-- Такъ ли, повторилъ Каркеръ: -- вамъ это должно быть столько извѣстно, что не для чего и спрашивать.
-- Въ такомъ случаѣ, надѣюсь, Каркеръ, сказалъ мистеръ Домби:-- что ваше сожалѣніе о пріобрѣтеніи нерасположенія мистриссъ Домби можетъ быть перевѣшено тѣмъ, что вамъ остается моя довѣренность и мое доброе мнѣніе.
-- Мнѣ кажется, я имѣлъ несчастіе, отвѣчалъ Каркеръ:-- заслужить это нерасположеніе. Мистриссъ Домби говорила вамъ объ этомъ?
-- Мистриссъ Домби изъявляла разныя мнѣнія, сказалъ мистеръ Домби съ величественною холодностью и равнодушіемъ:-- которыхъ я не раздѣляю и которыхъ не намѣренъ оспоривать. Я объяснилъ мистриссъ Домби, нѣсколько времени назадъ, какъ я уже говорилъ вамъ, нѣкоторые пункты домашняго уваженія и повиновенія, на которыхъ нахожу необходимость настоять. Мнѣ не удалось убѣдить мистриссъ Домби въ необходимости измѣнить ея поведеніе для ея собственнаго спокойствія и счастія и для моего достоинства; и я сказалъ мистриссъ Домби, что если найду необходимымъ дѣлать ей новыя замѣчанія, то буду передавать ей свое мнѣніе черезъ васъ, моего повѣреннаго.
Вмѣстѣ со взглядомъ, брошеннымъ на него Каркеромъ, былъ другой, дьявольскій взглядъ на картину, висѣвшую надъ его головою -- взглядъ упавшій на нее какъ блескъ молніи.