Съ трепетомъ въ сердцѣ Флоренса сѣла за столъ наканунѣ того дня, когда должно было исполниться два года женитьбѣ ея отца на Эдиѳи. Каркеръ, приглашенный по этому случаю, казался ей несноснѣе и страшнѣе обыкновеннаго.
Эдиѳь была богато одѣта, собираясь ѣхать на балъ вмѣстѣ съ мистеромъ Домби. За столъ сѣли очень-поздно. Эдиѳь явилась, когда уже сидѣли за столомъ, и Каркеръ всталъ и довелъ ее до ея стула. На лицѣ ея, сіявшемъ молодостью и красотою, было что-то безнадежно отдѣлявшее ее отъ Флоренсы, и еще болѣе отъ другихъ. При всемъ томъ, Флоренсѣ показалось, что она взглянула на нее кротко, прежде чѣмъ погрузилась въ свою неприступную холодность.
За обѣдомъ говорили мало. Флоренса слышала, какъ отецъ ея разговаривалъ съ паркеромъ о дѣлахъ, но она мало обращала вниманія на ихъ разговоръ, и только желала, чтобъ скорѣе кончился обѣдъ. Когда подали дессергъ и всѣ слуги вышли, мистеръ Домби, который уже нѣсколько разъ откашливался съ видомъ, непредвѣщавишмъ ничего добраго, сказалъ:
-- Вамъ вѣроятно извѣстно черезъ ключницу, мистриссъ Домби, что завтра у насъ будутъ къ обѣду гости?
-- Я не обѣдаю дома, отвѣчала она.
-- Гостей будетъ немного, продолжалъ мистеръ Домби, какъ-будто не слыша ея отвѣта:-- человѣкъ двѣнадцать или четырнадцать. Сестра моя, майоръ Бэгстокъ, и другіе, отчасти вамъ знакомые люди.
-- Я не обѣдаю дома, повторила Эдиѳь.
-- Какъ ни сомнительно для меня пріятное воспоминаніе, сопряженное съ этимъ днемъ, продолжалъ мистеръ Домби:-- но есть приличія, которыхъ нельзя нарушать передъ свѣтомъ. Если вы не имѣете уваженія къ самой-себѣ, мистриссъ Домби...
-- Никакого, отвѣчала она.
-- Сударыня, вскричалъ мистеръ Домби, ударивъ рукою по столу:-- выслушайте меня до конца. Я говорю, что если вы не имѣете уваженія къ самой-себѣ...