-- Что господинъ? Куда онъ уѣхалъ? спросила она, продолжая сжимать его и смотря ему въ лицо своимъ помертвѣвшимъ взглядомъ.
-- Клянусь вамъ, не знаю, мистриссъ Броунъ, отвѣчалъ Робъ.-- Клянусь вамъ, что не знаю, ни что онъ сдѣлалъ, ни куда поѣхалъ; однимъ словомъ, ничего не знаю о немъ. Знаю только, что на прощанье онъ велѣлъ мнѣ молчать; и я говорю вамъ, мистриссъ Броунъ, какъ другъ, что если вамъ вздумается повторить хотя одно слово изъ того, о чемъ мы теперь говоримъ, то вы ужь лучше застрѣлитесь или запритесь здѣсь въ домѣ и зажгите его, потому что онъ рѣшится на все, чтобъ отмстить вамъ. Вы въ-половину не знаете его такъ хорошо, какъ я, мистриссъ Броунъ. Отъ него нигдѣ не скроешься, говорю вамъ!
-- Развѣ я не дала клятвы, возразила старуха: -- и не сдержу ея?
-- Надѣюсь, что сдержите, мистриссъ Броунъ, отвѣчалъ Робъ съ нѣкоторымъ сомнѣніемъ и скрытою угрозою:-- столько же для меня, сколько и для себя-самихъ.
Онъ взглянулъ на нее, давая ей это дружеское предостереженіе и выразительно кивнулъ головою; но, находя не совсѣмъ пріятнымъ видѣть желтое лицо съ его смѣшнымъ кривляньемъ и хорьковые глаза съ ихъ оледеняющимъ, пронзительнымъ взглядомъ такъ близко возлѣ своего лица, онъ съ безпокойствомъ взглянулъ на свой стулъ и сидѣлъ въ замѣшательствѣ, какъ-будто сбираясь сдѣлать торжественное объявленіе, что болѣе ни на какіе вопросы отвѣчать не будетъ. Старуха, продолжая держать его по-прежнему, воспользовалась этимъ случаемъ, чтобъ поднять указательный палецъ правой руки, дѣлая такимъ образомъ знакъ скрытому наблюдателю удвоить, вниманіе.
-- Робъ, сказала она самымъ ласковымъ тономъ.
-- Боже мой, мистриссъ Броунъ, что вамъ еще нужно? вскричалъ взбѣшенный точильщикъ.
-- Робъ! Гдѣ госпожа и господинъ условились встрѣтиться?
Робъ болѣе и болѣе приходилъ въ замѣшательство, смотрѣлъ вверхъ, смотрѣлъ внизъ, кусалъ большой палецъ, отиралъ его о жилетъ, и наконецъ сказалъ, искоса смотря на свою мучительницу:-- Почему мнѣ знать это, мистриссъ Броуна?
Старуха по-прежнему подняла вверхъ свой палецъ, сказавъ: -- Полно, дружокъ. Зачѣмъ же было говорить столько и не договаривать? Я хочу знать.