-- Какъ хочешь, Валтеръ, я вездѣ буду счастлива. Но...
-- Но что?
-- Ты знаешь, что при нашей свадьбѣ не будетъ никого, и что по одеждѣ насъ ничѣмъ не отличатъ отъ другихъ. Такъ-какъ мы уѣдемъ въ тотъ же самый день, то не пойдешь ли ты со мною, Валтеръ, въ то утро, рано, къ могилѣ маленькаго Поля?
Валтеръ былъ согласенъ на все и подтвердилъ свое согласіе по да дуемъ, можетъ-быть, не однимъ, а двумя или тремя, пятью или шестью; и въ тотъ тихій и ясный вечеръ Флоренса была совершенно счастлива.
Сузанна Нипперъ пришла къ нимъ со свѣчами; вслѣдъ за нею явился чай, капитанъ и мистеръ Тутсъ, который, какъ выше было сказано, безпрестанно былъ въ движеніи, и провелъ самый безпокойный вечеръ. Это случилось противъ его обыкновенія, потому-что прежде онъ былъ довольно-спокоенъ и всегда почти игралъ въ пикетъ съ капитаномъ Коттлемъ подъ руководствомъ миссъ Нипперъ, развлекая себя игрою.
Въ эти минуты, любопытно было видѣть, какъ выраженіе лица капитана безпрестанно измѣнялось. Врожденная скромность и привязанность къ Флоренсѣ говорили ему, что теперь неумѣстны ни шумная радость, ни громкое выраженіе удовольствія. Съ другой стороны, любимая пѣсня безпрестанно вертѣлась у него на языкѣ и чуть не вводила его въ просакъ. Иногда, любуясь Валтеромъ и Флоренсою, онъ забывался до такой степени, что клалъ карты и, утирая лицо платкомъ, не сводилъ глазъ съ своихъ любимцевъ. Быстрое движеніе мистера Тутса, выскакивавшаго изъ-за стола, тотчасъ напоминало ему, что онъ дѣлалъ этого джентльмена несчастнымъ. Такая мысль опечаливала капитана; но, съ возвращеніемъ мистера Тутса, онъ снова принимался за карты, дѣлая знаки миссъ Нипперъ, что постарается быть осторожнѣе. Дѣйствительно, нѣсколько времени онъ сидѣлъ безъ всякаго выраженія на лицѣ, безсмысленно смотря кругомъ себя; но удивленіе къ Флоренсѣ и Валтеру брало верхъ, и мистеръ Тутсъ снова выскакивалъ вонъ, оставляя сконфуженнаго капитана бормотать себѣ подъ носъ: "не зѣвать на брасахъ", или "плохо, Эдвардъ Коттль" -- и досадовать на свою неосторожность.
Но мистеръ Тутсъ нашелъ для себя самое мучительное испытаніе. Передъ послѣднимъ воскресеньемъ до свадьбы, онъ сдѣлалъ слѣдующее признаніе миссъ Нипперъ:
-- Сузанна, говорилъ мистеръ Тутсъ, меня влечетъ въ церковь. Слова, которыя навсегда отдѣлятъ отъ меня миссъ Домби, отдадутся въ моихъ ушахъ, какъ похоронный колоколъ; но я чувствую, что долженъ ихъ услышать. Могу ли я просить васъ идти вмѣстѣ со мною въ церковь?
Миссъ Нипперъ изъявила готовность исполнить желаніе мистера Тутса, но старалась отговорить его отъ желанія быть въ церкви.
-- Сузанна! отвѣчалъ мистеръ Тутсъ съ нѣкоторою торжественностью.-- Когда еще никто, кромѣ меня, не замѣчалъ моихъ усовъ, я обожалъ уже миссъ Домби. Бывъ жертвою рабства у Блимбера, я обожалъ миссъ Домби. Вступая во владѣніе своимъ имуществомъ, я обожалъ миссъ Домби. Приговоръ, отдающій ее лейтенанту Валтерсу, а меня... мраку, можетъ быть ужасенъ, будетъ ужасенъ; по я хочу его выслушать. Я хочу убѣдиться, что подо мною разступается земля, и не останется надежды, или... ногъ, чтобъ ходить по ней.