Капитанъ снялъ лакированную шляпу, повѣсилъ ее на свой крючекъ, и, поглаживая рукою волосы, сѣлъ, посматривая на окружавшую его группу, какъ живая статуя недоумѣнія.
-- Ты, кажется, не понимаешь меня, Нэдъ? замѣтилъ старый Солль.
-- Солль Джилльсъ, отвѣчалъ капитанъ, поглядѣвъ на него нѣсколько времени и не говоря ни слова:-- я поворотилъ овер-штагъ я меня дрейфуетъ. Разскажи намъ твои похожденія. Не буду ли я въ состояніи какъ-нибудь стать на якорь?
-- Ты знаешь, Нэдъ, для чего я отсюда уѣхалъ, отвѣчалъ Соль Джилльсъ.-- Распечаталъ ли ты мой пакетъ?
-- Какъ же! Распечаталъ!
-- И прочелъ, что тамъ было? спросилъ старикъ.
-- И прочелъ, что тамъ было, отвѣчалъ капитанъ, смотря на него пристально, и какъ-будто свѣряясь съ своею памятью.-- "Любезный Нэдъ Коттль, отправляясь въ Вест-Индію, чтобъ отъискать моего любезнаго..." Вотъ онъ сидитъ! Вотъ Вал'ръ! вскричалъ Kапитанъ, радуясь, что нашелъ предметъ, котораго существованіе было неоспоримо.
-- Такъ, Надъ, сказалъ старикъ.-- Теперь слушай далѣе. Въ первомъ письмѣ, изъ Барбадоса, я писалъ, что хотя ты получишь мое посланіе задолго до окончанія года, я буду очень-доволенъ, если ты уже распечаталъ, пакетъ, потому-что въ немъ объяснена причина моего отъѣзда. Хорошо, Надъ. Во второмъ, третьемъ, и, можетъ-быть, въ четвертомъ -- изъ Ямаііки -- я писалъ, что нахожусь все въ одномъ положеніи, и не могу уѣхать, не узнавъ, живъ или погибъ мой Вальтеръ. Въ слѣдующемъ письмѣ, кажется, изъ Демерары...
-- Ему кажется, изъ Демерары! сказалъ капитанъ, съ недоумѣніемъ осматриваясь кругомъ.
-- Я писалъ, продолжалъ дядя Солль:-- что не имѣю еще никакихъ вѣрныхъ извѣстіи, что нашелъ многихъ шкиперовъ, которые брали меня на свои суда и принимали участіе въ моихъ розъискахъ, и что, наконецъ, я началъ думать, что мнѣ прійдется крейсировать до самой смерти, отъискивая моего любезнаго Валтера.