-- Существо женскаго рода? спрашиваетъ капиталъ.
-- Да, капитанъ Джилльсъ, отвѣчаетъ мистеръ Тутсъ:-- и это меня очень радуетъ. По моему мнѣнію, чѣмъ чаще мы будемъ имѣть возможность повторять эту необыкновенную женщину, тѣмъ лучше.
-- Такъ держать! восклицаетъ капитанъ, обращаясь къ старой бутылки безъ горлышка.-- Пью за ея здоровье, и желаю ей имѣть больше этого добра!
-- Благодарю васъ, капитанъ Джилльсъ, въ восторгъ отвѣчаетъ мистеръ Тутсъ: -- я готовъ повторить ваше желаніе. Съ позволенія вашего, я закурю трубку.
Мистеръ Тутсъ начинаетъ курить и дѣлается необыкновенно разговорчивъ.
-- Мнѣ кажется, что изъ всѣхъ замѣчательныхъ случаевъ, въ которыхъ эта восхитительная женщина показала свой необыкновенный умъ, ничто такъ не удивительно, какъ точность, съ которою она поняла мою привязанность къ миссъ Домби.
Оба слушателя изъявили свое согласіе.
-- Повѣрьте, я никогда не измѣнился въ своихъ чувствахъ къ миссъ Домби, продолжалъ мистеръ Тутсъ.-- Они и теперь остались тѣ же. Она осталась для меня прежнимъ свѣтлымъ видѣніемъ, какимъ была до моего знакомства съ Валтеромъ. Когда мы съ мы стриссъ Тутсъ начали въ первый разъ говорить... ну, о нѣжной страсти... вы понимаете, капитанъ Джилльсъ?
-- Понимаю, понимаю, отвѣчаетъ капитанъ.
-- Когда мы въ первый разъ стали говорить объ этихъ предметахъ, я признался, что меня можно назвать увядшимъ цвѣткомъ.