-- Ну, теперь начнем!
-- Хо! -- кричит мистер Смоллуид, потирая руки с хитрым кудахтающим смешком. -- Да. Теперь начнем. Но что же мы теперь начнем, любезный друг?
-- Курить трубку, -- отвечает мистер Джордж и, невозмутимо придвинув свой стул к камину, берет с его решетки трубку, набивает ее, разжигает и спокойно начинает курить.
Это весьма смущает мистера Смоллуида, которому так трудно перейти к цели своего визита, какая б она ни была, что он приходит в бешенство и украдкой в бессильной злобе загребает когтями воздух, обуреваемый страстным желанием расцарапать и разодрать лицо мистеру Джорджу. А когти у достойного старца длинные и твердые, как свинец, руки тощие и жилистые, глаза зеленые и слезящиеся, и, хуже того, -- загребая когтями воздух, он совсем съеживается в кресле и превращается в бесформенный узел тряпья, приобретая вид столь жуткий даже для привычных глаз Джуди, что эта юная дева налетает на дедушку и так его трясет в пылу не одной лишь родственной любви, но и кое-каких других чувств, так разминает, так тычет кулаком в различные части его тела и особенно, выражаясь термином, принятым в науке самозашиты, "под ложечку", что в горестном расстройстве своем он невольно начинает издавать звуки, похожие на стук трамбовки.
Но вот Джуди, наконец, удается усадить его в кресле, и он сидит с побелевшим лицом и посиневшим носом (но не переставая загребать воздух когтями), а она, протянув руку, тычет сухоньким указательным пальцем мистера Джорджа в спину. Кавалерист поднимает голову, Джуди тычет пальцем в своего уважаемого дедушку и, побудив их таким образом возобновить разговор, впивается жестким взглядом в огонь.
-- Да-да! Хо-хо! У-у-у-х! -- бормочет дедушка Смоллуид, подавляя бешенство. -- Любезный друг мой! -- И он снова загребает воздух когтями.
-- Вот что я вам скажу, -- говорит мистер Джордж. -- Если хотите со мной побеседовать, говорите начистоту. Я простой солдат -- человек неотесанный и не умею ходить вокруг да около. Не научился этому искусству. Недостаточно умен для него. Мне оно ни к чему. А вы все только крутитесь да вертитесь вокруг меня, -- продолжает кавалерист, поднося трубку ко рту, -- и будь я проклят, но мне чудится, будто меня душат!
И он вбирает в свою широкую грудь как можно больше воздуха, словно хочет удостовериться, что еще не задушен.
-- Если вы приехали по-дружески навестить меня, -- продолжает мистер Джордж, -- я вам очень признателен -- добро пожаловать! А если вы явились проверить, имеется ли у меня дома имущество, или нет, -- проверяйте, не стесняйтесь. Желаете сказать мне что-нибудь -- говорите!
Цветущая красавица Джуди, не спуская глаз с огня, понукает дедушку грубым тычком.