-- Ну-ка, ступайте-ка отсюда вы, -- сказала она опекуну. -- Что еще выдумали! Это мой-то сын да не хорош для вас? Постыдились бы! Пошли вон!
-- Но, почтеннейшая, -- возразил опекун, -- вряд ли разумно просить меня уйти из моей собственной комнаты.
-- А мне плевать! -- отрезала миссис Гаппи. -- Пошли вон! Если мы для вас не хороши, так ступайте найдите себе жениха получше. Подите-ка поищите себе хороших!
Я была прямо поражена, увидев, как миссис Гаппи, которая только что веселилась до упаду, мгновенно обиделась до глубины души.
-- Ну-ка, подите-ка да поищите себе подходящего жениха, -- повторяла миссис Гаппи. -- Убирайтесь вон!
Но мы не убирались, и это, кажется, пуще всего удивляло и выводило из себя мамашу мистера Гаппи.
-- Чего ж вы не уходите? -- твердила она. -- Нечего вам тут рассиживаться!
-- Мамаша, -- вмешался ее сын, забежав вперед и отпихнув ее плечом, когда она боком налетела на опекуна, -- намерены вы придержать язык или нет?
-- Нет, Уильям, -- ответила она, -- не намерена! Не намерена, пока он не уберется вон отсюда!
Тем не менее мистер Гаппи и мистер Джоблинг, вместе взялись за мамашу мистера Гаппи (которая принялась ругаться) и, к великому ее неудовольствию, потащили ее вниз, причем голос ее повышался на одну ступень всякий раз, как она спускалась со ступеньки лестницы, продолжая настаивать, чтобы мы сию же минуту пошли искать подходящего для нас жениха, а самое главное -- убрались вон отсюда.