Я предложила мальчику пойти к нам, обещав устроить его на ночлег.
-- Не надо мне никакого ночлега, -- отозвался он, -- лягу промеж теплых кирпичей и все.
-- А ты не знаешь, что так и помереть можно? -- проговорила Чарли.
-- Все равно, люди везде помирают, -- сказал мальчик, -- дома помирают, -- она знает где; я ей показывал... в Одиноком Томе помирают, -- целыми толпами. Больше помирают, чем выживают, как я вижу. -- И вдруг он хрипло зашептал, повернувшись к Чарли: -- Ежели она не та, другая, так и не иностранка. Неужто их целых три!
Чарли покосилась в мою сторону немного испуганными глазами. Да и я чуть не испугалась, когда мальчик уставился на меня.
Но когда я подозвала его знаком, он повернулся и пошел за нами, а я, убедившись, что он слушается меня, направилась прямо домой. Идти было недалеко -- только подняться на пригорок. Дорога была безлюдна -- мимо нас прошел лишь один человек. А я сомневалась, удастся ли нам дойти до дому без посторонней помощи, -- мальчик едва плелся неверными шагами и все время пошатывался. Однако он ни на что не жаловался и, как ни странно, ничуть о себе не беспокоился.
Придя домой, я оставила его ненадолго в передней, -- где он съежился в углу оконной ниши, глядя перед собой остановившимися глазами, такими безучастными, что его оцепенелое состояние никак нельзя было объяснить сильным и непривычным впечатлением от яркого света и уютной обстановке, в которую он попал, -- а сама пошла в гостиную, чтобы поговорить с опекуном. Там я увидела мистера Скимпола, который приехал к нам в почтовой карете, как он частенько приезжал -- без предупреждения и без вещей; впрочем, он постоянно брал у нас все, что ему было нужно.
Опекун, мистер Скимпол и я, мы сейчас же вышли в переднюю, чтобы посмотреть на больного. В передней собралась прислуга, а Чарли стояла рядом с мальчиком, который дрожал в оконной нише, как раненый зверек, вытащенный из канавы.
-- Дело дрянь, -- сказал опекун, после того как задал мальчику два-три вопроса, пощупал ему лоб и заглянул в глаза. -- Как ваше мнение, Гарольд?
-- Лучше всего выгнать его вон, -- сказал мистер Скимпол.