-- Садитесь, служивый,-- повторяетъ онъ, подходя къ столу, который стоитъ сбоку отъ камина, и затѣмъ беретъ для себя мягкое кресло.-- Сегодня холодно и сыро, холодно и сыро!
Мистеръ Толкинхорнъ грѣетъ передъ рѣшеткою камина то ладони, то суставы своихъ костлявыхъ рукъ и смотритъ, потупивъ глаза и притворяясь совершенно разсѣяннымъ, на трехъ особъ, сидящихъ передъ нимъ полукругомъ.
-- Теперь я начинаю постепенно соображать обстоятельства, мистеръ Смолвидъ,-- говоритъ адвокатъ.
Старый джентльменъ получаетъ толчекъ отъ Юдиѳи, которая хочетъ заставить его принять участіе, въ разговорѣ.
-- Вы, какъ я вижу, привезли нашего добраго друга, сержанта.
-- Да, сэръ,-- отвѣчаетъ мистеръ Смолвидъ униженно, подчиняясь мысли о богатствѣ и вліяніи адвоката.
-- А что же сержантъ говоритъ насчетъ этого дѣла?
-- Мистеръ Джорджъ,-- произноситъ дѣдушка Смолвидъ, дѣлая робкій жестъ безсильною рукою:-- это тотъ самый джентльменъ, сэръ.
Мистеръ Джорджъ кланяется джентльмену. Но онъ продолжаетъ сидѣть попрежнему, вытянувшись и храня глубокое молчаніе, на самомъ краю стула, какъ-будто онъ чувствуетъ себя совершенно готовымъ всякую минуту вступить въ бой.
Мистеръ Толкинхорнъ продолжаетъ.