Съ этими похвалами они приближаются къ Пріятной Горкѣ, и вслѣдъ за тѣмъ къ дому дѣдушки Смолвида. Многолѣтняя Юдиѳь отворяетъ имъ дверь, и осмотрѣвъ ихъ съ головы до ногъ весьма негостепріимнымъ окомъ, съ злобной улыбкой оставляетъ ихъ у дверей и убѣгаетъ на совѣщаніе съ оракуломъ касательно того, впустить ихъ или нѣтъ. Надобно полагать, что оракулъ изъявилъ свое согласіе, потому что она вскорѣ вернулась назадъ съ словами на медовыхъ устахъ: "можно войти, если хотите". Мистеръ Джорджъ и мистеръ Бэгнетъ спѣшатъ воспользоваться такимъ позволеніемъ, входятъ въ комнату, кланяются мистеру Смолвиду и видятъ, что ноги его поставлены въ желѣзный сундукъ изъ подъ кресла, какъ будто онъ принималъ ножную ванну изъ векселей и ассигнацій. Между тѣмъ какъ мистриссъ Смолвидъ заслонена подушкой какъ птица особенной породы, которой запрещаютъ пѣть.

-- Любезный другъ мой!-- говоритъ дѣдушка Смолвидъ, ласково вытянувъ впередъ свои костлявыя руки:-- какъ вы поживаете, здоровы ли? А это кто съ вами, любезный другъ мой?

-- Это,-- отвѣчаетъ Джорджъ, стараясь преодолѣть враждебное чувство:-- это Матью Бэгнетъ, который обязалъ меня добрымъ совѣтомъ по одному нашему дѣлу, вы знаете по какому.

-- О! мистеръ Бэгнетъ? Вотъ это кто! (и старикъ смотритъ на него изъ-подъ руки). Надѣюсь, что вы здоровы, мистеръ Бэгнетъ? Какой онъ славный мужчина, мистеръ Джорджъ! Сразу видно, что изъ военныхъ!

Стульевъ никто не предлагаетъ имъ, поэтому мистеръ Джорджъ беретъ одинъ стулъ для себя, а другой подаетъ мистеру Бэгнету. Они садятся; мистеръ Бэгнетъ такъ принужденно и вытянуто, какъ будто онъ не имѣетъ возможности и силы согнуться, какъ будто у него только и гнутся одни колѣни да бедра.

-- Юдиѳь,-- говоритъ мистеръ Смолвидъ:-- подай трубку.

-- Я не знаю,-- возражаетъ мистеръ Джорджъ:-- зачѣмъ молодая миссъ будетъ безпокоиться; надо правду вамъ сказать, сегодня я не имѣю расположенія курить.

-- Въ самомъ дѣлѣ?-- отвѣчаетъ старикъ.-- Все равно, Юдиѳь, подай трубку.

-- Дѣло въ томъ, мистеръ Смолвидъ,-- продолжаетъ Джорджъ:-- я чувствую себя въ самомъ дурномь расположеніи духа. Мнѣ кажется, сэръ, что вашъ пріятель въ Сити начинаетъ разыгрывать штуки.

-- О, нѣтъ, мой дорогой,-- говоритъ дѣдушка Смолвидъ:-- онъ и въ помышленіи не имѣетъ этого.