-- Я угадывалъ ее давно уже. Вполнѣ же узналъ ее очень недавно.
-- Нѣсколько мѣсяцевъ тому назадъ?
-- Нѣсколько дней.
Онъ стоитъ передъ нею, опершись одною рукою на спинку стула и заложивъ другую руку за свой старомодный жилетъ и кружевное жабо точь-въ-точь какъ онъ всегда стоялъ передъ миледи послѣ ея замужества. Та же исполненная формальностей вѣжливость, то же притворное уваженіе, которое точно также могло показаться простою лишь недовѣрчивостью. Весь этотъ человѣкъ быль въ настоящую минуту тѣмъ же мрачнымъ, холоднымъ субъектомъ, поставленнымъ на то же самое разстояніе, какъ и при другихъ обстоятельствахъ жизни.
-- Правда ли то, что вы говорили о бѣдной дѣвушкѣ?
Онъ слегка наклоняется я подвигаетъ впередъ голову, какъ будто несовершенно понявъ вопросъ.
-- Вы знаете, о чемъ вы говорили. Правда ли это? Знаютъ ли и ея друзья мою исторію? Обратились ли уже она въ городскую сплетню? Чертятъ ли уже изъ нея пасквили по стѣнамъ и кричать ли о ней на улицахъ?
Такъ и есть! Гнѣвъ, страхъ и стыдъ. Всѣ три ощущенія въ совокупности. Какимъ могуществомъ одарена эта женщина, чтобы подавлять такія бурныя страсти! Мысли мистера Толкинхорна принимаютъ подобное направленіе, тогда онъ смотритъ на нее, нахмуривъ болѣе обыкновеннаго клочки своихъ сѣдыхъ бровей.
-- Нѣтъ, леди Дэдлокъ. Пока дѣло это ограничивается догадками, возникшими изъ того, что сэръ Лэйстеръ, можетъ быть безъ намѣренія, повелъ переговоры слишкомъ свысока. Но дѣло можетъ принять офиціальный характеръ, если они узнаютъ то... то, что мы знаемъ.
-- Такъ значитъ, они еще не знаютъ всего?