-- Нѣтъ, я принесла его сама, мой неоцѣненный опекунъ,-- отвѣчала я,
Я обвила руками его шею и поцѣловала его. Онъ спросилъ, цѣлуетъ ли его будущая хозяйка Холоднаго дома? Я отвѣчала утвердительно. Въ отношеніяхъ нашихъ не сдѣлалось никакой перемѣны, мы всѣ отправились гулять, и объ этомъ я ни слова не сказала моей милочкѣ.
XLV. Довѣріе.
Однажды утромъ, когда, весело брянча ключами, во время прогулки съ красавицей моей въ саду, я случайно взглянула на домъ и увидѣла входящую въ него длинную худощавую тѣнь, которая была похожа на мистера Вольза. Ада только что передъ этимъ говорила мнѣ о своихъ надеждахъ, что жаръ Ричарда къ разрѣшенію запутанной тяжбы авось либо остынетъ, собственно потому, что онъ такъ ревностно занимался этой тяжбой, и потому, чтобъ не навѣять уныніе на мою подругу, которая находилась въ пріятномъ расположеніи духа, я ничего не сказала о тѣни мистера Вольза.
Вслѣдъ затѣмъ показалась въ саду Чарли. Она бойко бѣжала къ намъ между кустами, по извилистымъ дорожкамъ, и была такъ румяна, хороша и мила, что ее скорѣе можно было принять за одну изъ нимфъ Флоры, чѣмъ за мою горничную.
-- Сдѣлайте одолженіе, миссъ,-- сказала она:-- пожалуйте домой поговорить съ мистеромъ Джорндисомъ.
Замѣчательна была въ Чарли одна особенность, что когда ее посылали передать что-нибудь словесно, она всегда начинала передавать лишь только завидитъ, на какомъ бы то ни было разстояніи то лицо, къ которому относилось порученіе. Поэтому я увидѣла, что Чарли просила меня "пожаловать домой и поговорить съ мистеромъ Джорндисомъ" за долго прежде, чѣмъ я могла слышать ее. Я когда слова ея достигали моего слуха, она произносила ихъ такъ бѣгло, что у нея захватывало духъ.
Я сказала Адѣ, что сейчасъ вернусь назадъ, и по дорогѣ спросила Чарли: "не было ли съ мистеромъ Джорндисомъ какого нибудь джентльмена?" На это Чарли, которой способъ выражаться правильно, признаюсь къ стыду моему, не дѣлалъ чести моимъ воспитательнымъ способностямъ, отвѣчала: "Да, миссъ, онъ пріѣзжалъ сюда съ мистеромъ Ричардомъ".
Мнѣ кажется не могло быть такого полнаго контраста, какъ между моимъ опекуномъ и мистеромъ Вользомъ. Я застала ихъ смотрѣвшими другъ на друга черезъ столъ; одинъ изъ нихъ такой открытый, другой такой скрытный; одинъ такой плечистый и статный, другой такой тоненькій и согбенный; одинъ высказывалъ то, что хотѣлось ему высказать, такимъ звучнымъ голосомъ; другой, такъ сказать, выцѣживалъ изъ себя слова, холодно, принужденно, по рыбьему, такъ что, право, я отъ роду не видывала двухъ людей, которые были такъ противоположны другъ другу во всѣхъ отношеніяхъ.
-- Ты знаешь мистера Вольза, душа моя,-- сказалъ мой опекунъ не слишкомъ ласково.