-- Если и это тебѣ не поможетъ,-- говоритъ она:-- такъ стоитъ только припомнить былое и настоящее, и тогда эти два средства непремѣнно должны помочь.
-- Самъ хорошо такъ говоритъ,-- отвѣчаетъ Джорджъ:-- я знаю, это очень хорошо. Такъ ли, нѣтъ ли, а я вамъ вотъ что скажу:-- черныя думы начинаютъ преодолѣвать меня. Ну хоть бы взять вотъ этого бѣдняка. Вѣдь, право, мнѣ грустно было видѣть, какъ онъ умиралъ, и еще грустнѣе было не имѣть возможности помочь ему.
-- Полно, полно, Джорджъ! Что ты хочешь сказать этимъ? Вѣдь ты помогъ ему? Ты пріютилъ его?
-- Пріютить-то пріютилъ, да этого мало. Я хочу сказать, мистриссъ Бэгнетъ, онъ былъ у меня и умиралъ въ такомъ невѣжествѣ, что не умѣлъ отличить правой руки отъ лѣвой. А ужъ онъ слишкомъ далеко зашелъ, чтобы помочь ему въ этомъ
-- Ахъ, бѣдный, бѣдный!-- говоритъ мистеръ Бэгнетъ.
-- Потомъ,-- говоритъ кавалеристъ, все еще не закуривая трубки и проводя тяжелой рукой по своимъ волосамъ:-- это обстоятельство привело мнѣ на умъ, Гридли. Куда какъ худо было и его положеніе, да только совсѣмъ въ другомъ родѣ. Эти два лица смѣшались у меня въ умѣ съ безчувственнымъ старымъ бездѣльникомъ, который имѣлъ дѣло и съ тѣмъ, и съ другимъ. Только подумаешь объ этомъ ржавомъ карабинѣ -- ржавомъ, начиная съ ложи до ствола, неподвижно стоящемъ въ углу, тяжеломъ, холодномъ, принимающемъ все такъ равнодушно, только подумаешь объ этомъ, я, увѣряю васъ, сердце такъ и обольется кровью.
-- Мой совѣтъ такой,-- говоритъ мистеръ Бэгнетъ:-- закурить трубку и не думать объ этомъ. Оно и здорово, и утѣшительно, и вообще полезно.
-- Вы правду говорите,-- отвѣчаетъ кавалеристъ:-- дѣйствительно, я закурю.
И онъ закуриваетъ, хотя все еще удерживаетъ на лицѣ своемъ угрюмость, которая производить непріятное впечатлѣніе на молодыхъ Бэгнетовъ и даже, заставляетъ мистера Бэгнета отложить церемонію тоста за здоровье мистриссь Бэгнетъ, при подобныхъ случаяхъ провозглашаемаго имъ самимъ съ особенною краснорѣчивостью. Но когда дѣвочки кончили составлять такъ называемую мистеромъ Бэгнетомъ "микстуру", и когда въ трубкѣ Джорджа загорѣлся яркій огонекъ, мистеръ Бэгнетъ считаетъ долгомъ приступить къ этому тосту. Онъ обращается ко всей компаніи съ слѣдующими выраженіями:
-- Джорджъ, Вуличъ, Квебека, Мальта! Сегодня день ея рожденія. Повеселимтесь. Такой радости не скоро дождешься. Итакъ, за здоровье!