-- Сэръ Лэйстеръ Дэдлокъ, баронетъ! Теперь ваше дѣло разсмотрѣть, нужно или не нужно откупиться отъ этихъ непріятностей. Что касается меня, я бы посовѣтовалъ вамъ откупиться, и я имѣю причины думать, что можно отдѣлаться въ этомъ случаѣ очень дешево. Вы видите, что этотъ мозглый соленый огурецъ, мистриссъ Снагзби, перепробовала всѣ стороны спекулятивныхъ происковъ и надѣлала несравненно болѣе намъ вреда, подмѣчая всякій вздоръ и нелѣпость, чѣмъ можетъ быть разсчитывала. Покойный мистеръ Толкинхорнъ прибралъ къ себѣ въ руки всѣхъ этихъ олуховъ, этихъ лошадей и вѣрно пустилъ бы ихъ по своей дорогѣ, если бы вздумалъ; но онъ первый вылетѣлъ вонъ изъ экипажа, а они, собравъ кое-какъ свои ноги, бросаются и мечутся куда попало. Вотъ каково дѣло, и жизнь всегда такова. Не стало кошки, и мыши начинаютъ бѣситься и проказить; растаетъ ледъ, и вода будетъ течь и журчать.
Сэръ Лвистеръ, повидимому, дремлетъ, хотя глаза его совершенно открыты; онъ пристально смотритъ на мистера Боккета, пока мистеръ Боккетъ соображается съ своими часами.
-- Должно схватить всю эту ватагу здѣсь же въ домѣ, теперь же,-- продолжаетъ мистеръ Боккетъ, держа трепетною рукою часы и постепенно воодушевляясь:-- и я намѣренъ произвести арестъ въ вашемъ присутствіи. Сэръ Лэйстеръ Двдлокъ, баронетъ, не произносите ни слова, не дѣлайте ни малѣйшаго движенія. У меня обойдется дѣло безъ шума, безъ хлопотъ. Я возвращусь вечеромъ, если не помѣшаю вамъ, постараюсь выполнить всѣ ваши желанія относительно этого несчастнаго семейнаго дѣла и выберу удобнѣйшій путь погасить его. Теперь, сэръ Лэйстеръ Дэдлокъ, баронетъ, не безпокойтесь только объ арестѣ, которому я намѣренъ подвергнуть честную компанію. Вы увидите, что все пойдетъ какъ но маслу съ начала до конца.
Мистеръ Боккетъ звонитъ, идетъ къ двери, шепчетъ что-то Меркурію, затворяетъ дверь и становится назади ея со сложенными на груди руками. По прошествіи минуты или двухъ дверь тихонько отворяется, и входитъ француженка, мамзель Гортензія.
Въ то самое мгновеніе, какъ она вступаетъ въ комнату, мистеръ Боккетъ притворяетъ дверь и налегаетъ на нее спиною. Неожиданность этого шума заставляетъ Гортензію обернуться, и тогда въ первый разъ она замѣчаетъ сэра Лэйстера Дэдлока, сидящаго въ креслѣ.
-- Извините меня, сдѣлайте милость,-- говоритъ она торопливо.-- Мнѣ сказали, что здѣсь никого нѣтъ.
Когда она идетъ къ двери, то становится лицомъ къ лицу съ минеромъ Боккетомъ. Вдругъ судорожное движеніе пробѣгаетъ по лицу ея, и она дѣлается блѣдною какъ смерть.
-- Это моя жилица, сэръ Лэйстеръ Дэдлокъ,-- говоритъ минеръ Боккетъ, указывая на нее.-- Эта молоденькая иностранка была моею жилицею нѣсколько недѣль тому назадъ.
-- Да что же сэру Лэйстеру за дѣло до этого, мой ангелъ?-- спрашиваетъ мамзель шутливымъ тономъ.
-- Погоди, мой ангелъ,-- отвѣчаетъ мистеръ Боккетъ: -- мы увидимъ.