— Здѣсь я вижу только платокъ, говоритъ Дикъ.
— Платокъ ничего, молвитъ Самсонъ, приставляя глазъ къ другому рукаву и вглядываясь въ него, точно передъ нимъ открылась безконечная перспектива. — Въ платкѣ, сударь, нѣтъ ничего дурного. Хотя, впрочемъ, доктора находятъ, что держать платокъ въ шляпѣ не гигіенично: голова слишкомъ потѣеть. Но во всѣхъ другихъ отношеніяхъ это представляетъ неисчислимыя удобства.
Его краснорѣчіе сразу прерывается восклицаніемъ, внезапно вырвавшимся изъ усть Дика, миссъ Сэлли и самого Кита. Онъ поворачиваетъ голову и видитъ, что у Дика въ рукѣ банковый билетъ.
— Вы его нашли въ шляпѣ? спрашиваетъ Брассъ пронзительнымъ голосомъ.
— Подъ платкомъ. Онъ былъ заткнуть за подкладку, отвѣчаетъ Дикъ, совершенно оторопѣвшій.
Брассъ смотритъ на Дика, на сестрицу; оглядываетъ всю комнату — стѣны, потолокъ, полъ; тольно на Кита, окаменѣвшаго отъ ужаса, онъ не рѣшается взглянуть.
— Вотъ каковъ нашъ міръ, восклищаетъ онъ, всплеснувъ руками. — Міръ, вращающійся вокругъ своей оси; подверженный вліянію луны и всякимъ переворотамъ, совершающимся во вселенной! Вотъ она, человѣческая натура! Вотъ злодѣй, котораго я старался облагодѣтельствовать; я еще и теперь къ нему расположенъ, такъ что готовъ, кажется, выпустить его на свободу. Но нѣтъ! прибавляетъ онъ болѣе твердымъ голосомъ, — я самъ юристъ и долженъ подавать примѣръ моимъ согражданамъ, въ-точности исполняя законъ. Сэлли, душа моя, прости меня! Будь такъ любезна, попридержи его за другую руку, пока м-ръ Ричардъ сбѣгаетъ за квартальнымъ. Теперь ужъ всякимъ потачкамъ конецъ. Порокъ долженъ быть наказанъ. М-ръ Ричардъ, потрудитесь привести квартальнаго.
XXIII
На Кита словно столбнякъ нашелъ: глаза его были широко раскрыты и устремлены въ одну точку. Онъ не оказывалъ ни малѣйшаго сопротивленія своимъ гонителямъ. Съ одной стороны, самъ Брассъ держалъ его за воротъ своей дрожащей рукой, съ другой — за этотъ же воротъ крѣпко уцѣпилась миссъ Сэлли. Повременамъ она такъ сильно надавливала ему горло своими костяшками, что хотя онъ былъ почти въ безчувственномъ состояніи, ему иной разъ смутно представлялось, что вотъ-вотъ его сейчасъ задушатъ. Въ такомъ положеніи засталъ его Дикъ, возвратившись съ полицейскимъ.
Квартальный привыкъ къ подобнымъ сценамъ: онъ смотрѣлъ на всякое воровство, начиная отъ самаго простого до грабежа на большой дорогѣ, какъ на обыкновенное дѣло, а на преступниковъ — какъ на кліентовъ полицейской части, гдѣ товаръ отпускается и оптомъ, и въ розницу, и гдѣ онъ, квартальный, исправляетъ должность конторщика. Поэтому онъ выслушалъ разсказъ о случившемся съ такимъ же участіемъ, съ какимъ гробовщикъ выслушиваетъ подробности о болѣзни покойника, съ котораго онъ пришелъ снимать мѣрку, и совершенно равнодушно арестовалъ Кита.