Положительно престранная манера у этого человѣка. Онъ становится просто невыносимъ. Какъ непріятно избѣгаетъ онъ смотрѣть вамъ въ глаза.
-- Нѣтъ,-- отвѣчалъ мистеръ Мильвей.-- Короче говоря,-- прибавилъ онъ, помолчавъ,-- ужъ если вы такъ интересуетесь сестрой вашего ученика, я могу вамъ сказать, что ѣду вѣнчать ее.
Учитель попятился и ухватился рукой за колонну, бывшую позади. Если мистеръ Мильвей видалъ когда-нибудь смертельно блѣдное лицо, то это было теперь.
-- Да вы совсѣмъ больны, мистеръ Гедстонъ!
-- Пустяки, сэръ, это скоро пройдетъ. Я подверженъ головокруженіямъ... Не безпокойтесь обо мнѣ, сэръ. Я отнюдь не хочу васъ задерживать. Помощь мнѣ не нужна. Благодарю васъ за то, что вы любезно удѣлили мнѣ нѣсколько минуть вашего времени.
Отвѣтивъ вѣжливой фразой, мистеръ Мильвей, который не могъ терять больше ни минуты, ушелъ на вокзалъ, но, уходя, обернулся и замѣтилъ, что учитель стоить, прислонившись къ колоннѣ, со шляпой въ рукѣ, а другою рукой держится за галстухъ, какъ будто силясь сорвать его съ себя. Тогда мистеръ Мильвей обратилъ на него вниманіе одного изъ служителей, сказавъ ему:
-- Тамъ на платформѣ, въ углу, стоитъ человѣкъ. Онъ, кажется, боленъ и нуждается въ помощи, хотя и отказывается отъ нея.
Ляйтвудъ, тѣмъ временемъ, занялъ мѣста. До звонка оставалось нѣсколько секундъ. Они сѣли въ вагонъ, и поѣздъ тронулся тихимъ ходомъ, какъ вдругъ мистеръ Мильвей увидѣлъ, что тотъ же служитель бѣжитъ по платформѣ, заглядывая въ окна вагоновъ.
-- А, вотъ вы гдѣ, сэръ!-- закричалъ онъ, вскочивъ на ступеньку и держась локтемъ за дверцу купэ.-- Господинъ, котораго вы мнѣ указали, бьется въ припадкѣ.
-- Онъ говорилъ мнѣ, что подверженъ какимъ-то припадкамъ. Надѣюсь, это скоро пройдетъ. Оставьте его на свѣжемъ воздухѣ.