-- Если бъ мы могли занять денегъ, Альфредъ...
-- Выпросить денегъ, занять, украсть,-- не все ли намъ равно, Софронія?-- вставилъ супругъ.
-- ...тогда мы, можетъ быть, могли бы извернуться.
-- Безспорно. Могу вамъ сказать и другую оригинальную и неоспоримую истину, мой другъ, дважды два -- четыре.
Но, видя, что она что-то взвѣшиваетъ въ своемъ умѣ, онъ снова подобралъ фалды халата, прижалъ ихъ къ боку локтемъ одной руки, а другою собралъ въ кустъ свои густыя бакенбарды и молча уставился на нее.
-- Въ нашемъ критическомъ положеніи, Альфредъ,-- заговорила она, робко поднимая на него глаза,-- прежде всего, естественно, приходятъ на умъ самые богатые изъ нашихъ знакомыхъ и самые простодушные.
-- Совершенно вѣрно, Софронія.
-- Боффины.
-- Совершенно вѣрно, Софронія.
-- Нельзя ли обработать ихъ?