-- Благодарю, Винасъ, благодарю! Такъ рѣшено.
-- Когда же мнѣ придти къ вамъ, мистеръ Боффинъ?
-- Когда хотите. Чѣмъ скорѣе, тѣмъ лучше... А теперь мнѣ пора. Покойной ночи, Винасъ!
-- Покойной ночи, сэръ.
-- Покойной ночи всей честной компаніи!-- прибавилъ мистеръ Боффинъ, окинувъ взглядомъ лавку.-- Прелюбопытная публика у васъ, Винасъ. Мнѣ бы хотѣлось когда-нибудь познакомиться съ нею поближе. Покойной ночи, Винасъ. Благодарю, благодарю!
Съ этими словами онъ выкатился изъ лавки на улицу и покатился къ своему дому.
"Кто ихъ разберетъ?" размышлялъ онъ по дорогѣ, размахивая своей толстой палкой. "Не хочетъ ли Винасъ перехитрить Вегга?... Пожалуй, что такъ. Не хочетъ ли и онъ облапошить меня? Дождется, пока я подкуплю Вегга, а тамъ заграбастаетъ меня въ свои лапы и обдеретъ, какъ липку".
Это была лукавая мысль, мысль подозрительнаго человѣка, совершенно въ духѣ той школы скряги, въ которой онъ учился; да и самъ онъ имѣлъ достаточно лукавый и подозрительный видъ въ то время, когда онъ катился по улицамъ къ своему дому. Не разъ и не два, а по меньшей мѣрѣ разъ шесть онъ снималъ свою палку съ лѣвой руки, на которой она у него качалась, и наносилъ ея набалдашникомъ въ воздухѣ сильный и рѣзкій ударъ. Быть можетъ, деревянная физіономія мистера Вегга безтѣлесно представала передъ нимъ въ такія минуты, ибо билъ онъ съ особеннымъ удовольствіемъ.
Ему оставалось пройти только двѣ-три улицы до своего дома, когда навстрѣчу ему попалась чья-то каретка. Она проѣхала немного дальше, потомъ повернула и обогнала его. Это была престранная карета, сама, очевидно, не знавшая, куда ей надо ѣхать, потому-что, обогнавъ его, она опять повернула назадъ, и вслѣдъ за тѣмъ онъ услышалъ, что она снова нагоняетъ его. Проѣхавъ мимо, она остановилась, потомъ двинулась впередъ и скрылась. Но скрылась не надолго, ибо, завернувъ за уголъ своей улицы, онъ почти наткнулся на нее.
Въ ту минуту, когда онъ съ ней поравнялся, изъ нея выглянуло женское лицо, и женскій голосъ тихонько назвалъ его по имени.