-- Но послѣ того я его просила простить меня!-- воскликнула Белла съ отчаяніемъ.-- Я и сейчасъ готова просить у него прощенья, на колѣняхъ готова просить, если ему это можетъ помочь.
Тугъ мистрисъ Боффинъ залилась слезами.
-- Старуха, перестань!-- сказалъ ей супругъ.-- Это только доказываетъ, что у тебя доброе сердце, мой другъ,-- обратился онъ къ Беллѣ. Но я хочу договориться до конца съ этимъ молодымъ человѣкомъ, разъ ужъ я его поймалъ... Итакъ, Роксмитъ, первая сторона вашего поведенія -- наглость и самомнѣніе, какъ я уже вамъ сказалъ. Перехожу къ другой сторонѣ, и эта будетъ похуже. У васъ разсчетецъ былъ.
-- Я это съ большимъ негодованіемъ отрицаю.
-- Отрицать безполезно. Отрицаете вы или нѣтъ, это ничего не мѣняетъ. У меня есть, слава Богу, голова на плечахъ, я тоже кое-что смекаю. Вотъ еще, будете вы мнѣ толковать!-- прибавилъ мистеръ Боффинъ, принимая самый непріятный свой видъ и скорчивъ такую гримасу, что все лицо его сморщилось, какъ грибъ. Точно я не знаю, какъ грабятъ богатыхъ людей. Не смотри я въ оба да не держи кармановъ на крѣпкихъ застежкахъ, я и оглянуться бы не успѣлъ, какъ угодилъ бы въ рабочій домъ. Случилось же это съ Дансеромъ и съ Эльвзомъ, съ Г'опкинсомъ и Блумбери Джонсомъ, такъ отчего же не можетъ случиться со мной? Вѣдь грабили же ихъ всѣ, кому только было не лѣнь, пока не раззорили въ конецъ. Развѣ не приходилось имъ прятать каждую свою вещь, чтобъ кто-нибудь не стащилъ ее у нихъ изъ-подъ носа?-- Конечно приходилось. Что жъ, вы мнѣ, пожалуй, скажете, что эти господа не знали человѣческой натуры.
-- Жалкіе люди!-- пробормоталъ секретарь.
-- Что вы сказали?-- накинулся на него мистеръ Боффинъ.-- Впрочемъ, не трудитесь повторять, не стоитъ. Ваши слова не имѣютъ значенія для меня. Я рѣшилъ разоблачить ваши козни передъ этою молодою особой, я рѣшилъ показать этой молодой особѣ вашу оборотную сторону, и никакія силы не остановятъ меня... Слушай же, Белла, дорогая моя... Роксмитъ! Вы нищій, я васъ съ улицы подобралъ. Такъ или нѣтъ?
-- Продолжайте, мистеръ Боффинъ, не обращайтесь ко мнѣ.
-- Дѣло не въ томъ, къ кому я обращаюсь. Я все равно скажу свое... Итакъ, вы нищій, я подобралъ васъ съ улицы. Вы на улицѣ ко мнѣ подошли и попросили взять васъ въ писцы; и я взялъ. Очень хорошо.
-- Не знаю, хорошо ли,-- пробормоталъ секретарь.