Миссъ Ренъ покачала головой.
-- Хотите отвѣдать?
-- Хочу, если вкусно.
-- Хорошо. Я сейчасъ вамъ налью; надѣюсь, что понравится. Присядьте сюда, къ огоньку, и поставьте ваши ножки на рѣшетку. Ночь очень холодная: туманъ пронизываетъ до костей.
Когда миссъ Аббе помогала дѣвочкѣ повернуть стулъ къ огню, у той свалилась шляпа и упала на полъ.
-- Ахъ, какіе прелестные волосы!-- вскрикнула миссъ Аббе.-- Ихъ хватить на парики всѣмъ кукламъ въ мірѣ. Какая густота!
-- Это что!-- живо подхватила миссъ Ренъ.-- Погодите-ка. Ну, что вы скажете объ этомъ?
Съ этими словами она развязала тесемку, которою были стянуты ея волосы, и золотой потокъ покрылъ ея станъ и весь ея стулъ до самаго пола. Восхищеніе, видимо, боролось съ недоумѣніемъ въ душѣ миссъ Аббе. Она сдѣлала знакъ еврею подойти и, доставая изъ шкапика бутылку, спросила его шепотомъ:
-- Ребенокъ или взрослая?
-- Ребенокъ по годамъ, взрослая по самостоятельности и опытности,-- былъ отвѣтъ.