Мистеръ Бомбль тотчасъ отвернулъ воротникъ, положилъ шляпу и трость на стулъ и подвинулъ другой стулъ къ столу. Тихонько сѣвши, онъ взглянулъ на даму. Она устремила глаза на маленькій чайникъ; Бомбль опять кашлянулъ и сладко улыбнулся.
Мистриссъ Корней встала, чтобъ достать другую чашку и блюдечко изъ шкафа. Когда она снова сѣла, глаза ея опять встрѣтились съ глазами Бомбля; она покраснѣла и еще усерднѣе начала разливать чай. Мистеръ Бомбль опять кашлянулъ -- громче прежняго.
-- Сладко? мистеръ Бомбль, спросила дама, взявшись за сахарницу.
-- Очень сладко, сударыня, отвѣчалъ Бомбль. Говоря это, онъ впился глазами въ мистриссъ Корней, и если смотритель былъ когда-нибудь нѣженъ, то именно въ подобную минуту.
Чай былъ сдѣланъ и чашка передана въ молчаніи. Бомбль, завѣсившись носовымъ платкомъ, чтобъ по замарать новыхъ панталонъ, началъ нить и ѣсть.
-- У васъ, сударыня, какъ я вижу, есть кошка, сказалъ мистеръ Бомбль, смотря на цѣлое семейство котятъ, грѣвшихся у камина:-- и котята также?
-- Вы не повѣрите, мистерѣ Бомбль, я такъ люблю ихъ, отвѣчала дама.-- Они такъ счастливы, такъ рѣзвы, такъ веселы, что я не могу на нихъ наглядѣться.
-- Прекрасныя животныя, сударыня, совсѣмъ ручныя!
-- О, да! они такъ любятъ свой домъ, что смотрѣть весело.
-- Мистриссъ Корней, тихо говорилъ Бомбль, постукивая чайною ложкою: -- я хотѣлъ сказать, что всякая кошка или котенокъ, который, живя съ вами, недоволенъ судьбою, долженъ быть настоящимъ осломъ.