-- О, помилуйте!
-- Говоря безъ околичностей, сказалъ Бомбль, съ наслажденіемъ разсматривая чайную ложку: -- я съ удовольствіемъ бы согласился быть на ихъ мѣстѣ.
-- Вы жестокій человѣкъ, сказала дама, протягивая руку, чтобъ взять чашку:-- жестокосердый человѣкъ!
-- Жестокосердый, сударыня! вскричалъ Бомбль.-- Я? И, передавая чашку, онъ пожалъ маленькій пальчикъ мистриссъ Корней; потомъ, ударивъ себя по накрахмаленной манишкѣ, какъ-бы желая заглушить вздохъ, отодвинулъ кресло далѣе отъ огня.
Столъ былъ круглый, и какъ мистриссъ Корней и мистеръ Бимбль сидѣли другъ противъ друга, въ небольшомъ разстояніи, то, отодвинувъ кресло отъ огня, Бомбль еще болѣе увеличилъ это разстояніе. Вѣроятно, многіе изъ читателей станутъ удивляться такому героическому поступку Бомба я, который, не смотря на то, что ему благопріятствовали время, мѣсто и случай, сохранилъ все свое достоинство.
Однако, каковы бы ни были намѣренія Бомбля, безъ сомнѣнія они были самыя невинныя. Къ-несчастію случилось, какъ мы замѣтили, что столъ былъ круглый, такъ-что мистеръ Бомбль, мало-по-малу подвигая стулъ, скоро началъ уменьшать разстояніе между собою и мистриссъ Корней, и, продолжая путешествовать по окружности стола, подвинулъ наконецъ свой стулъ къ ея стулу. Когда два стула коснулись другъ друга, мистеръ Бомбль остановился. Теперь, еслибы мистриссъ Корней подвинула свой стулъ вправо, то попала бы въ каминъ, а еслибъ влѣво, то должна была бы упасть прямо на руки къ мистеру Бомблю. Почувствовавъ эти опасности съ перваго взгляда, она рѣшилась не трогаться съ мѣста и подала Бомблю другую чашку чаю.
-- Жестокосердый, мистриссъ Корней? сказалъ Бомбль, схватывая чашку и смотря въ лицо дамѣ:-- а вы не жестокосерды?
-- Ахъ, какіе вы любопытные, мистеръ Бомбль. Зачѣмъ вамъ знать это?
Бомбль допилъ весь чай до капли, доѣлъ кусокъ бѣлаго хлѣба, отряхнулъ съ колѣнъ крошки, вытеръ губы и дерзко поцаловалъ мистриссъ Корней.
-- Мистеръ Бомбль! вскричала шопотомъ цѣломудрешіая дама, теряя голосъ отъ страха: -- мистеръ Бомбль, я закричу!-- Мастеръ Бомбль не отвѣчалъ ни слова, но тихо и нѣжно обнялъ рукою станъ ея. Между-тѣмъ, какъ дама все сбиралась кричать, послышался стукъ въ дверь, и мистеръ Бомбль, съ необыкновенною быстротою отскочивъ къ бутылкамъ, началъ поспѣшно отирать съ нихъ пыль, а мистриссъ Корней грубо спросила: кто тамъ?