-- Какимъ образомъ вы это видите? спросилъ Ноа.
-- У насъ, въ Лондонѣ, нѣтъ столько пыли, сказалъ Жидъ, показывая на ноги Ноа и его спутницы.
-- О, да вы угадчикъ! сказалъ Ноа.-- Каковъ, Шарлотта?
-- Здѣсь, въ городѣ, поневолѣ будешь хитеръ, пріятель, сказалъ Жидъ, понижая голосъ.
Ноа не отвѣчалъ ни слова; но, опоражнивая стаканъ, примолвилъ:
-- Славное питье.
-- Хорошо, отвѣчалъ Феджинъ.-- Человѣкъ всегда долженъ опоражнивать стаканы, шли карманы, или дамскіе ридикюли, или дома, или кареты, если онъ любитъ постоянно пить, хорошо пить...
Едва Ноа услышалъ свои собственныя слова, какъ упалъ, блѣднѣя, на стулъ, и смотрѣлъ то на Жида, то на Шарлотту, въ неизъяснимомъ ужасѣ.
-- Не пугайся, пріятель, сказалъ Жидъ, придвигаясь ближе.-- Ха! ха! ха! Хорошо, что я одинъ тебя подслушалъ. Счастье твое...
-- Я ничего не бралъ, шепталъ Ноа, дрожа какъ листъ.-- Это все ея дѣло. Вѣдь и теперь все у тебя, Шарлотта, все у тебя?