-- Да, спасенъ мною, сказалъ мистеръ Броунло.-- Я вижу, что твоя жертва скрыла мое имя. Когда, больной, онъ лежалъ у меня въ домѣ, сходство его съ портретомъ поразило меня. Даже когда я увидѣлъ его въ первый разъ, то, не смотря на рубище, его покрывавшее, лицо его напомнило мнѣ многое. Не буду говорить тебѣ, что его украли у меня, прежде, нежели я узналъ его исторію...
-- Почему же? быстро спросилъ Монксъ.
-- Потому-что ты очень хорошо это знаешь.
-- Я?
-- Передо мною, любезный, нечего скрываться, отвѣчалъ мистеръ Броунло: -- я покажу тебѣ, что знаю больше этого.
-- Вы , вы... можете сказать что-нибудь противъ меня? шепталъ Монксъ.
-- Увидимъ, отвѣчалъ старый джентльменъ:-- я потерялъ мальчика и, не смотря на всѣ усилія, не могъ найдти его. Мать твоя умерла; я зналъ, что ты одинъ могъ открыть тайну и какъ мнѣ сказали, что ты уѣхалъ въ Вестиндію, чтобъ скрыться отъ преслѣдованій,-- я поѣхалъ за тобою. Ты оставилъ Вестиндію за нѣсколько мѣсяцевъ передъ моимъ туда пріѣздомъ, и пріѣхалъ въ Лондонъ, но никто не звалъ, гдѣ именно ты остановился. Я возвратился. Повѣренные твои ничего не могли сказать о тебѣ: ты скрывался по цѣлымъ мѣсяцамъ съ людьми, которые вмѣстѣ съ тобою хотѣли погубить беззащитнаго ребенка. Дни и ночи блуждалъ я по улицамъ; но до-сихъ-поръ поиски мои были напрасны, и я не могъ увидѣть тебя ни на минуту.
-- А теперь вы видите меня, сказалъ Монксъ, смѣло вставая: -- что жь изъ этого? Злодѣйства и преступленія -- громкія слова, которыя, по вашему мнѣнію, оправдываются сходствомъ какого-то чертенка съ какимъ-то портретомъ. Вы даже не знаете, родилось ли дитя отъ этого преступнаго союза.
-- Я не зналъ, отвѣчалъ мистеръ Броунло:-- но прошедшею ночью узналъ все. У тебя есть братъ: ты это знаешь,-- ты и его знаешь. Было завѣщаніе, которое уничтожала твоя мать, сдѣлавъ его тайною, которую открыла только тебѣ. Завѣщаніе относилось къ ребенку, котораго ты встрѣтилъ случайно, и котораго сходство съ отцомъ возбудило твои подозрѣнія. Ты отъискалъ мѣсто, гдѣ онъ родился. Тамъ существовало свидѣтельство о его рожденіи и о родныхъ его. Это свидѣтельство было уничтожено тобою; и теперь, какъ говорилъ ты своему сообщнику Жиду, единственныя свидѣтельства мальчика лежать на днѣ рѣки, а старая колдунья, которая получила ихъ отъ матери, тлѣетъ въ могилѣ. Недостойный сынъ, трусъ, лжецъ! ты, пользовавшійся совѣтами разбойниковъ и убійцъ въ темнотѣ ночи, призывавшій смерть на голову брата,-- ты, съ колыбели бывшій врагомъ своего отца,-- не-ужь-ли еще хочешь запираться передо мною?
-- Нѣтъ, нѣтъ, нѣтъ! шепталъ Монксъ, внѣ себя отъ ужаса.