— Высокий мужчина, — сказал Том Смарт.
— Прекрасная душа, сэр, и прекрасный джентльмен.
— Эге! — воскликнул Том Смарт.
— Потрудитесь объяснить мне, сэр, чего вам угодно? — спросила вдова, приведенная в некоторое смущение поступками своего гостя.
— Извольте, сударыня, извольте. Не угодно ли вам посидеть со мною несколько минут?
Изумленная вдова, не говоря ни слова, поспешила занять порожний стул, и Том Смарт сел подле нее. Не знаю, господа, как это случилось, — мой дядя говорил, что и сам Том не мог объяснить этого случая, — только пальчики вдовицы вдруг очутились в его руке, и он держал их в продолжение всей этой беседы.
— Вы очень милы, сударыня, — начал Том Смарт, отличавшийся вообще любезными манерами в отношении к прекрасному полу, — вы очень милы, сударыня, и я могу доложить, что супругом вашим должен быть превосходнейший человек во вселенной. Вы этого заслуживаете.
— Ах, боже мой! — воскликнула вдова, приятно изумленная.
Красноречивое вступление Тома Смарта, не объясненное никакими предварительными обстоятельствами, могло казаться тем более удивительным, что он видел ее только первый раз в своей жизни. Следовательно, можно было повторить еще: «Ах, боже мой!»
— Я ненавижу лесть, сударыня, я презираю всякие комплименты, если они исходят не от чистого сердца, — продолжал Том Смарт с заметным воодушевлением. — Вы заслуживаете превосходного супруга, и кто бы ни был он, вам суждено сделать его счастливейшим созданием в мире.