И, положив свою могучую руку на серый воротник беззащитного Иова, мистер Уэллер потащил его на середину кухни. Затем он запер дверь и передал ключ мистеру Моззелю, который с философским равнодушием положил его в свой боковой карман.
— Теперь у нас пойдет потеха, — сказал мистер Уэллер, — вообразите, любезный друг, что ваш господин наверху встретился в эту минуту с моим, а вот здесь внизу мы имеем удовольствие смотреть на вашу прекрасную ливрею. Ну, соколик, как ваши дела? Скоро ли будете торговать пирожками в мелочной лавке? Ох, как я рад вас видеть, Иов Троттер! Теперь вы совершенно счастливы, любезный друг. Ведь он счастлив, мистер Моззель?
— Совершенно. Это видно по его глазам.
— Смотрите, как он весел! — продолжал Самуэль Уэллер.
— Он просто в восторге, — сказал мистер Моззель.
— Нечего и говорить: с ума сходит от радости. Садитесь, мистер Троттер просим покорнейше: мы все очень рады вас видеть.
И его насильно усадили на стул подле печи. Несчастный Троттер немилосердно заморгал своими крошечными глазками, сперва на мистера Уэллера, потом на Моззеля; но не проговорил ни одного слова.
— Теперь, сударь мой, — начал Самуэль Уэллер, — мне хотелось бы, любопытства ради, спросить вас перед этими леди, точно ли вы считаете себя добродетельным и самым благовоспитанным молодым джентльменом, какой когда-либо употреблял серую ливрею и розовый платочек?
— И точно ли вы хотели жениться на кухарке? — с негодованием спросила раздраженная леди. — Обманщик!
— И правда ли, мистер Троттер, что у вас было намерение завести на чужие деньги мелочную лавочку? — спросила мисс Мери.